МЕНЮ САЙТА
  • Скачай бесплатно книгу
  • Это интересно
  • Рекламные объявления
  • Обратите внимание
  • Рубрики
  • Подпишись на наш канал
  • Обязательно читайте
  • Людмила Иопик — «По задумке режиссера»

    Ljudmila Iopik Po zadumke rejisseraЗдравствуйте, дорогие друзья! Рад представить вам нашего нового автора – встречаем, Людмила Иопик. О себе она рассказывает следующее: «Пишу давно, и для себя, и - одно время - для газеты... В начале 90-х принимала участие в письменном конкурсе, посвященном Дню борьбы со СПИДом, организованном газетой "Молодежь Эстонии". Успех окрылил, так как повысил самооценку и веру в себя. Но я его не закрепила, окунувшись с головой в бытовые и семейные проблемы.» Для литературного конкурса «Твоя первая книга-2» Людмила подготовила рассказ «По задумке режиссера» в категории «современная проза». Давайте читать!

    «По задумке режиссера»

    Людмила Иопик

    В фойе одного из женских строительных общежитий треста «Таллинстрой» после работы царило оживление. Стену лестничного пролета между первым и вторым этажами украшало объявление, где крупным почерком было выведено: «7 мая в ДК Строителей состоится концерт-смотр художественной самодеятельности, посвященный 40-летию Победы в Великой Отечественной Войне. Желающим принять участие в конкурсе обращаться в кабинет культмассового работника после 19.00». Но гора, видимо, упрямо не шла к Магомету... Пришлось нести искусство в массы посредством личного примера и агитации. Засучив рукава Маргарита, высокая молодая женщина с копной рыжих волос, собственноручно занялась неблагодарной работой - отловом будущих звезд сцены. Она призывала уставших после работы девчонок примкнуть к прекрасному на уровне художественной самодеятельности. В ход шли увещевания, разъяснение гражданской позиции, разговоры о чести общежития, наконец... Тщетно! Девчата отмахивались, пытаясь поскорее проскочить «опасный участок», не вдаваясь в детали и не углубляясь в смысл миссионерских лозунгов агитработницы.

    - Валя! Рита!.. Тамара! Лена!!! Девчонки, да вы что ж! На кону – наша честь! Вон, соседнее общежитие уже целую неделю репетирует, а у нас конь еще не валялся, - увещевала комендантша МарьПетровна, отложив на время свои прямые обязанности. Её знали и уважали, и она знала своих подопечных по именам. Такое адресное обращение действовало покруче слов Маргариты, которую многие видели впервые. В список заносили всех, кто попадал под ”горячую руку”. Старый проверенный способ. Его эффективность доказана опытом поколений. В пору моей юности, помнится, учительница пения так же проводила набор в школьный хор: встав у входной двери с широко расставленными руками она, как в сети, загребала туда все, что попадалось под руку. Никакие отговорки в расчет не принимались. Единственная уважительная причина, позволяющая избежать хоровую экзекуцию, была смерть ученика. Так зародился наш школьный хор, который позже принял участие в знаменитом Празднике Песни и Танца, в составе смешанного хора русских школ Эстонии. И я там был, как говорится, и мёд там пил... Мне посчастливилось принимать участие в этом красочном зрелище. Впечатления остались незабываемые, воспоминания – только восторженные! И это - несмотря на отсутствие нормальных бытовых условий и выматывающие репетиции изо дня в день во время подготовки к празднику. Здесь я впервые услышала имя знаменитого эстонского маэстро – Густава Эрнесакса, который дирижировал нашим сводным хором на сцене Певческого поля.

    - К семи приходите ко мне в кабинет, я покажу вам сценарий, посмотрим, кто на что способен и попробуем с чего-то уже начать! - Маргарита записывала в блокнот имена девчонок, до которых удалось «достучаться» и под честное слово с них было взято обещание прийти.

    Вечером следующего дня в небольшую комнату-пенал на втором этаже все-таки наскреблось человек шесть-семь. Не так, чтобы густо, но с этими уже можно было начинать репетировать.

    - Кто умеет петь? – Маргарита сразу взяла с места в карьер.

    Мы переглянулись. На лицо я знала всех присутствующих, но близко с ними общаться не приходилось.

    - Ну, я пою... – нехотя отозвалась белокурая девчонка с длинной косой, по грубому голосу и резким повадкам больше напоминавшая парня.

    - Да все, наверное, умеем петь! – откликнулась симпатичная, крепко сбитая девушка с каштановыми волосами и челкой до глаз.

    - Еще и на гитаре играем, - ввинтила я, сама не зная зачем.

    - Вот это здорово! – наша агитаторша повеселела, достала какую-то брошюрку, стала ее листать, что-то подчеркивать, исправлять, делать заметки на полях, – Значит так, все очень серъезно: 40-летие Победы, поэтому тематика должна быть военной. У меня есть предварительный сценарий, следуя которому мы играем небольшой спектакль, минут на 10-15. Пять-шесть человек со сцены поочередно читают текст, это будут стихи о войне. Музыкальная часть будет чередоваться с речитативом. Форма одежджы – военная, я постараюсь договриться с гарнизоном о выдаче нам амуниции на время спектакля. Репертуар песен мы обсудим позже, а пока – вот вам слова, выучите каждая свой текст и завтра к семи жду вас у себя.

    Вечер следующего дня был полон сюрпризов: не пришло и половины вчерашнего состава, былой энтузиазм оставшихся вмиг улетучился, и лишь Маргарита не теряла бодрости духа. Минут через пять-десять напряженного ожидания массовичка сама пошла собирать по комнатам общежития отсутствующих... Худо-бедно через пол-часа нам удалось собрать команду, воплотившую впоследствии в себе ум, честь и совесть нашего общежития. И, самое главное – подарившую незабываемые воспоминания ее участникам на всю оставшуюся жизнь!

    Итак, главным вдохновителем и движущей силой, конечно же, стала Маргарита – воплощение целеустремленности, организованности и умения сплачивать то, что в обчыной жизни несовместимо. Её звонкий командный голос и умение расставлять нужные акценты дисциплинировало нас настолько, что уже после второго занятия ей не было необходимости собирать по комнатам неявившихся. Мы приходили сами, наша жизнь наполнилась смыслом, идеей, у нас появился интерес, мы впервые попробовали эту жизнь на вкус... и нам понравилось! Пестрый состав нашей труппы был правильно оценен, экзамен на дикцию быстро показал способности и их осутствие, исполнение нескольких блатных песен под две гитары дало возможность определить репертуар в стиле Высоцкого и Окуджавы и, вообще – пазл сложился, хотя теоретически частички не подходили друг к другу.

    Лиля с Тамарой учили тексты стихов, Лена с Ольгой-маленькой зубрили свою часть, а мы с Ольгой-большой репетировали песни Высоцкого и Окуджавы. Наши ежевечерние посиделки в кабинете Маргариты сплотили нас идеей, это был революционный кружок, где разучивались военные песни, читались стихи, в перерывах мы балагурили, пели всякую ерунду и рассказывали анекдоты. После репетиций мы развбредались по своим комнатам и встречались только в кабинете второго этажа. Лиля в обычной жизни работала на каком-то заводе, была родом с Краснодарского края с характерным акцентом и очень ответственно относилась к проекту. Симпатичная брюнетка с хорошей фигурой она была дотошна во всем, что касалось репертуарной части, чем часто вызывала незлобные насмешки и подтрунивания со стороны. Тамара – девочка-подросток с высоким тембром голоса, жизнерадостная и торопливая во всем. Лена – маленького роста из-за врожденного физического дефекта, к тому же она носила очень сильные очки и со стороны напоминала рыбу-телескоп, но ответственность за происходящее у нее была выше, чем у всех остальных, вместе взятых. Ольгу-большую невозможно было представить отдельно от ее тезки Ольги-маленькой. Но чисто внешне – это были две противоположности. Одна – высокая, голубоглазая, крепкого телосложения, с русой косой и хриплым голосом, не признающая юбок и платьев, немного распущенная... Другая, напротив - миниатюрная, кареглазая, с тугой черной косой до пояса, приятным грудным голосом, очень рассудительная. По-моему в ее роду были цыгане. Эти две Ольги были сапогами одной пары настолько, насколько это можно было допустить. Приходили на репетиции всегда вместе, поддерживали друг друга советами, очень трогательно относились друг к другу, при этом явных признаков какой-либо связи между собой никаким образом не подчеркивали. Но между строк это прочитывалось, да и слухи по общежитию ползали самые невероятные. Но в плане дисциплины и исполнительности претензий к ним не было.

    Времени у нас было в обрез. Маргарита вела усиленные переговоры с воинской частью о предоставлении нам обмундирования в день смотра. Кроме того, для сцены нам требовался «эшафот» для Лены, исполняющей роль Зои Космодемьянской. Но за отсутствием нужного реквизита решено было выстроить пирамиду из пивных ящиков, которые в беспорядке валялись во дворе нашего общежития и служили табуретами для местных алкашей.

    По слухам другие общаги уже вовсю репетировали, а у нас еще и конь не валялся, но – лиха беда начало. Раскачались и мы, все выучили свои тексты, мы разучили с Ольгой-большой пару-тройку песен о войне и оставшиеся две недели почти каждый вечер проводили в кабинете Маргариты. Иногда казалось, что мы топчемся на месте, но, прислушиваясь друг к другу и к замечаниям нашей агитаторши, мы все же твердо решили отстаивать честь общежития на предстоящем мероприятии. Наша гражданская позиция сформировалась окончательно и мы маленькими, но верными шагами уверенно продвигались вперед.

    И вот он настал, день смотра. Спалось неважно. Утро было хлопотным: с утра уже бил нервный озноб, как только я представляла себе сцену. Слова разученных песен повылетали из головы, жделудок нервно урчал, мысли путались и хотелось лечь, закрыть дверь, и никого не впускать – нету меня! Всё!!! Но в дверь постучали и я, не оставляя более места для сомнений, пулей метнулась отворять. Маргарита стояла во всеоружии, подтянутая, с хорошим макияжем и уложенными волосами. Она улыбалась и ясно давала понять всем своим видом – все замечательно!

    - Ну что, готова?

    - Да вроде...

    -Вот и прекрасно! Помоги нам принести ящики со двора, а то я принесла три, но нам бы еще парочку-другую.

    Мы вышли во двор с черного хода, у пункта сдачи стеклотары сидела постоянная публика – выпивохи разного калибра и возраста с осунувшимися лицами. Увидев нас они насторожились: две молодые девушки пришли в их компанию..?

    - Мы только за ящиками! – бросила Маргарита и стала разгребать завал из сломанных пивных ящиков, выбирая те, что покрепче. Мужики решили подсобить. Дело пошло быстрее и через пару минут несколько уцелевших деревянных ящиков в качестве реквизита были доставлены через дорогу, в Клуб Строителей. Товарищи тунеядцы-алкоголики, узнав, для каких целей нам это нужно, с удовольствием взялись донести тару до места назначения. Вот она – сила искусства!

    Последняя перекличка перед решающим сражением – полным составом кучкуемся в кабинете второго этажа, наспех прогоняя материал. Мы с Ольгой-большой настраиваем гитары, проводим быстренькую спевку. Наше легкое волнение незаметно передается друг другу, перерастая в нервозность и возбуждение. На пару минут появляется комендантша:

    - Там вам форму привезли, разбирайте, девчата! Ну, давайте – ни пуха вам, ни пера!

    - К черту!!! – выдыхаем мы и идем разбирать военную амуницию.

    Самое смешное оказалось то, что женских размеров в части не оказалось и нам пришлось выбирать из того, что было доставлено. Самые маленькие, Тамара и Ольга-маленькая, чуть не плакали – на них все висело, спаоги даже самого маленького размера не давали возможности поднять ногу, просто сваливались с нее! Единственное, что всем подошло без исключения, были пилотки... Вот они всем были к лицу и по размеру! В ход пошли булавки, нитки с иголками и прочие ухищрения, оказавшиеся под рукой и в зоне доступа. На ноги одевались по три-четыре пары шерстяных носков. Через пол-часа мы все преобразились – перед Маргаритой стоял взвод из шести юных девчонок-солдаток, ну прямо, эпизод из фильма «А зори здесь тихие»! Клуб Строителей через дорогу потихоньку наполнялся актерами и зрителями, за кулисами толпилось еще множество конкурсантов и конкурсанток из общежитий Таллинстроя. Было несколько знакомых лиц из мужской общаги на соседней улице, пара девушек с другого конца города, с которыми приходилось встречаться на строительрных объектах, остальные были не знакомы. Народу набилось много. Опробовать сцену каждой команде дали возможность только сейчас. На все про все – не больше десяти минут каждым выступающим. Выстроилась очередь. Нами явно заинтересовались ребята из мужского общежития, в нашу сторону полетели шуточки, подколки. Даже острые обычно на язык Ольги, и те хранили молчание. Лена огрызнулась, когда кто-то ляпнул ей вслед что-то типа: ростом не вышла, таких в армию не берут... У нее была самая сложная роль с переодеванием. Сначала она, выстроившись в шеренгу с остальными, со сцены читала свою часть стихов. Затем Елена должна была незаметно исчезнуть и, накинув сорочку поверх формы, выйти на сцену в сопровождении двух «немцев». Дальше ей предстояло взобраться на пирамиду из стыренных нами ящиков и со словами «Всех не убьете!» завершить действо. Вдобавок ко всему Маргарита сумела уговорить Ленку снять очки хотя бы на время последнего, кульминационного момента...

    Перед нами самый настоящий зрительный зал, не знаю на сколько мест. Из дальнего угла по глазам бьет яркий луч света, он постоянно меняет направление, затем к нему добавляются еще несколько – это осветители ставят свет конекретно на нашу постановку. Я невольно прищуриваюсь и слышу голос Маргариты:

    - Зрителя и света бояться не надо, выберите себе дальнюю точку в зале и старайтесь свой взгляд направить на нее. Либо пусть это будет лицо в толпе, концентрируйте свое внимание на нем и чем оно дальше, тем лучше. Взгляд должен быть устремлен в даль.

    Дельные советы, но с внутренней дрожью все труднее справляться. Суфлерской будки нет, поэтому у всех заготовлены листочки с текстами на всякий непредсказуемый случай... Мы с Ольгой ставим два стула у края сцены, усаживаемся с инструментами и берем первые аккорды. Звуки гулко разносятся по залу... Боже!!!

    - Все! На фиг! Я отказываюсь! – шипит Ольга... – Не помню слов!

    - Куда собралась и от чего отказываешься? – Маргарита вовремя ловит упаднические настроения и приказывает начать быстрый прогон. Её приказной тон, как ни странно, заставляет собраться, а Ольга остается сидеть на стуле, как пригвожденная. Несколько раз запнувшись Тамаре все-таки удается начать свою часть поэмы, пару раз сбившись эстафету подхватывает Лиля. Нелепо выглядящая за толстыми стеклами очков солдат Лена звонко продолжает чтение. После нужных пауз вступаем мы с Ольгой, исполняя сиплыми от волнения голосами по одному куплету каждой песни.

    - Так-так, середину повторять не будем, быстренько переходим к концовочке! Лена, ты исчезаешь за кулисами, там я жду тебя с сорочкой, быстренько накидываем ее на тебя и в сопровождении конвоя ты взбираешься на ящики. Смотришь в зал и произносишь с чувством последнюю фразу. Вкладываешь в нее всю свою ненависть к врагу! Это понятно? Дальше идет музыка в записи и пошел занавес! Немецкой формы нет, поэтому роль немецкого конвоя – это вам, девчонки! Просто свет не будет падать на вас, вы будете в тени, что, по задумке режиссера, олицетворяет собой темные силы, то есть – фашистов. Зритель, думаю, все поймет правильно, - Маргарита тоже начала заметно волноваться. Не все складывалось так, как хотелось первоначально и приходилось вносить коррективы. Никто не успел ничего возразить по поводу неожиданных перетрубаций, нас попросили освободить сцену для следующей команды участников.

    В закулисье все актеры разбились на кучки по принадлежности к своим общежитиям. Как ни странно, с соседним через дорогу женским общежитием мы дружбы не водили, а вот ребята из мужского общежития были не прочь подружиться со всем составом женских общежитий. К нам они подкатили все, как один, в военной форме и с пилотками набекрень.

    - Ну что, девчонки, мандраж бьет? – высокий симпатичный парень в военной форме вытащил из-за пазухи флягу, отвинтил пробку и протянул Ольге-большой. Та недоверчиво покосилась на него, затем на сосуд, недолго думая взяла фляжку и приложилась. «Чаша» с живительным эликсиром пошла по кругу, содержимое действовало магически. Парни подбадривали, в соседних кучках тоже явно подогревались, успокаивая нервы.

    - Давай, девчата, смелее! Скоро на сцену! – подхватили другие ребята, - вы думаете, только вы допинг принимаете? Здесь уже все на «взводе», а иначе – как?!!

    Тут я впервые поняла, что сто грамм для храбрости не всегда бывают лишними, скорее – наоборот. Горячее коньячное тепло равномерно разливалось по телу, придавая каким-то странным образом уверенность и силы. В зал стали впускать зрителей, послышался странный шум, перемежающийся голосами и посторонними звуками. В первых рядах рассаживали ветеранов и почетных членов жюри, смотр художественной самодеятельности должен был выявить лучших.

    Наше выступление было в самом начале. Внутреннее напряжение нарастало. Ольга-большая теребила свою гитару, я – свою! Тамара нервозно повторяла текст, Лиля медитировала со своим текстом, закрыв глаза, Лена протирала очки и перечитывала шпаргалки, Ольга-маленькая выглядела невозмутимо. Маргарита куда-то испарилась... Мы выстроились в том порядке, в котором должны были предстать на суд зрителя. Раздались аплодисменты в зале, кто-то взял слово. В преддверии юбилейного события были заготовлены торжественные речи, выступления ветеранов. Время нашего выхода на сцену неумолимо приближалось, нервы сдавали... Ольга-большая опять дала слабину:

    - Ну его на фиг! Гори оно все синим пламенем!!! – резанула она и развернулась... Но, наткнувшись на строгий укорительный взгляд подруги, снова заняла прежнюю позицию в шеренге. Вот это я понимаю – подруги! Достаточно одного только взгляда... Причем, неуловимо между ними всегда чувствовался приоритет и главное слово за Ольгой-маленькой.

    Очередные бурные овации за кулисами, затем повисла напряженная тишина и голос ведущего объявил наш выход. Чеканя шаг и вытягивая носок ватными ногами мы стройной стайкой утят выплываем из-за кулис и распределяемся по сцене. Грянула запись песни «Священная война», через пару минут аккорды стали тише и на фоне затихающей музыки свою часть звонко начала Тамарка. Вот это да! Такая маленькая, и вдруг - так мощно! По-моему никто не ожидал от нее таких дифирамбов. Это от волнения. Ну и коньяк не последнюю роль сыграл. Я сосредоточилась на выборе дальней точки. Зал для меня был черным пятном. А вот за этим пятном были установлены прожекторы, в них-то я и уставилась. Помню все происходящее как в тумане и немного отстраненно. Вот свою «партию» исполняет Лиля, потом вступает Лена. Затем опять Тамара, Ольга-маленькая, никто не сбивается. Очередь доходит и до первой песни. Мы переглядываемся, чтобы кивнуть и подбодрить друг друга, но вместо этого ловим испуг в глазах друг друга... Я крепко сжимаю гитару, киваю и беру аккорд. Ольга подхватывает, ритм песни настраивает нас на нужную тональность, а гитарный бой придает уверенности. И вот уже слова вспоминаются сами собой. Голоса, сначала робкие и сиплые, на втором предложении звучат громче и уверенней. Легкость и внутрення радость охватывают меня и я перемещаю взгляд от дальней точки через темное пятно зала на передние ряды. Вот застывшее лицо МарьПетровны, в руках у нее белеет носовой платок, рядом - сосредоточенные лица ветеранов... Чувствую, что сейчас собьюсь с ритма и надо срочно возвращаться к своей «точке».

    Одна песня спета. Девчонки опять вытягивают свои монологи о войне, о ее последствиях для миллионов людей не земле. Мы с Ольгой-большой затягиваем в нужном месте следующую музыкальную паузу. Поем вдохновенно, голос окреп, друг на друга стараемся не смотреть. Почему-то понимаю, что если взгляну на Ольгу, захочется рассмеяться. Беспричинно, просто так. Пою, стиснув зубы. Со стороны, наверное, кажется, что это я их стиснула от ненависти к врагам. Приближается развязка. Солдатки дочитывают последние стихи. Мы с Ольгой исполняем песню «Он вчера не вернулся из боя», взгляд вновь скользит по темному пятну зала и останавливается на комендантше... Боже! Да она и впрямь растрогана! Глаза на мокром месте... Зал замер. Неужели это мы сделали?! Разве такое возможно?! За нашими с Ольгой спинами слышен шум и возня, это быстренько из ящиков соорудили «эшафот». Елена успела тихонько ускользнуть за кулисы и облачиться в сорочку. На грудь ей повесили табличку «русский партизан» на немецком языке и в сопровождении «немецкого» конвоя подвели к груде ящиков. Звучит барабанная дробь, зал замер. Лена ступила на зыбкую дорогу, ведущую к Голгофе... Свет прожекторов приглушен, яркое пятно освещает только очень несуразную низкорослую фигуру женщины, которую ведут на казнь. Всем без слов понятно, о ком идет речь... Освещение - никакое, полумрак. Первый свой шаг Зоя, она же – Лена, делает на ящик, а вот следующий шаг – промахивается. Она же просто не видит без очков ни-че-го! Грохот падающих ящиков вместе с героиней заглушает гул аплодисментов. Мы по-прежнему сидим с гитарами на своих стульях, взгляды устремлены в непроглядную даль. Что происходит за нашими спинами мы не знаем, но все слышим. Мимо проплывает занавес, скрывая нас от зрителей, я оглядываюсь и вижу корчащихся от смеха девчонок-«конвоиров», Ленку, выкарабкивающуюся из-за ящиков, Маргариту с округленными от ужаса глазами и понимаю, что все пропало! Недели репетиций - коту под хвост... И уже не важно, что тому виной: надломившаяся дощечка ящика, коньячные пары или плохое зрение – все полетело в тартарары!

    Мы с Ольгой хватаем стулья и бежим со сцены, ребята быстро помогают убрать ненавистные ящики и тут все напряжение находит выход в неудержимом хохоте... Смеются все: и Ленка, отделавшаяся легким испугом с парой синяков, и Маргарита, и мы, и те, кто наблюдал за нами из-за кулис. Но из зала, оказывается, все смотрелось настолько органично,что этот выпад с грохотом ящиков был воспринят как часть единого целого, режиссерская задумка. А Лена, ни на йоту не отступая от текста, уже в полете успела выкрикнуть концовку: «Всех не убьете!!!» Правда, это было уже и не важно, зал аплодировал стоя. И когда жюри конкурса присудило нашему коллективу второе место никто даже не сомневался, что все так и должно было быть.

     

    *

    Это была Людмила Иопик с рассказом «По задумке режиссера». Давайте обсуждать! А если хотите видеть Людмилу в финале – обязательно нажимайте на кнопки социальных сетей.

    Об участии в литературном конкурсе «Твоя первая книга-2» можно прочитать здесь.

    Если желаете почитать ещё - пройдите сюда.

    До скорого!

    С уважением,

    Артём Васюкович

    Поделиться в соц. сетях

    Подписывайся на обновления!

    Ваш e-mail: *

    Ваше имя: *

    Кирилл Фомичёв - «Российская Империя»
    Евгений Смертин - «Письмо»
    Марк Моисеев - «Ночной вылет»
    Комментарии
    • рассказ вызвал желание дочитать дотконца =)

      Ответить
    • Янита Владович:

      Трогательное, хотя и с юмором произведение. Мне понравилось, хотя есть моменты, о которых не могу промолчать.

      «строительных общежитий» — попыталась найти значение, но не удалось. Не подскажите?

      «миссионерских лозунгов агитработницы» — я могу и ошибаться, но мне кажется, что «миссионерские» здесь не к месту.

      «действовало покруче слов Маргариты» — скажите, а в то время уже слово «круто» было в обиходе?

      «В пору моей юности, помнится, учительница пения так же…» — простите, а в чью пору?
      Неожиданно для себя обнаружила, что повествование дальше будет вестись от первого лица. Мне кажется, что будет смотреться органичней, если «Я» проскользнет и в начале вашей истории.
      И потом, хотелось бы знать (для себя): «Как героиню зовут?»

      «пазл сложился» — не знаю, так по-современному звучит.

      «По слухам другие общаги уже вовсю репетировали, а у нас еще и конь не валялся, но – лиха беда начало.» — а почти в самом начале «Вон, соседнее общежитие уже целую неделю репетирует, а у нас конь еще не валялся, — увещевала комендантша МарьПетровна,»
      Мне кажется, «про коня» лучше использовать один раз.

      «спаоги» — опечатка

      «оказавшиеся под рукой и в зоне доступа» — вам не кажется, что это повтор?

      «со словами «Всех не убьете!» завершить действо» — хотелось бы подробностей, как именно завершить действо

      «всякий непредсказуемый случай…»
      - «случай» — то, что случилось, событие; происшествие (обычно непредвиденное).
      Так что можно и без «непредсказуемый»

      «быстренько переходим к концовочке» — вдруг появившиеся суффиксы портят впечатление. И потом немного дальше вы снова используете «быстренько»

      «стройной стайкой утят» — интересное сравнение, учитывая, что, если я правильно поняла, героини должны были читать стихи, выстроившись в шеренгу

      «не ожидал от нее таких дифирамбов» — не поняла, почему вы употребили слово «диферамбы». Она же никого не хвалила. Наоборот, это ее хвалили.

      «Пою, стиснув зубы.» — не могу это представить.

      Удачи в конкурсе!

      Ответить
      • Людмила:

        Спасибо за комментарии! Эти ляпы и опечатки, как правило, на «замыленном глазу» плохо воспринимаются, а вот свежий взгляд со стороны сразу их подмечает! Учту и буду работать над собой. Вам тоже — удачи! =)

        Ответить

    *

    *

    Твоя первая книга - Клуб книжных дебютов. Здесь живет Ваша первая книга — забери её! Copyright © 2013