МЕНЮ САЙТА
  • Скачай бесплатно книгу
  • Это интересно
  • Рекламные объявления
  • Обратите внимание
  • Рубрики
  • Подпишись на наш канал
  • Обязательно читайте
  • Рен Тажеев — «Вытащи меня из ямы»

    Ren Tazheev Vytaschi menya iz yamyЗдравствуйте, дорогие читатели! Сегодня на литературном конкурсе «Твоя первая книга-2» у нас работа в категории «современная проза». Встречаем - Рен Тажеев и отрывок из романа «Вытащи меня из ямы». Итак, давайте читать!

    «Вытащи меня из ямы»

    (отрывок)

    Рен Тажеев

    ***

    …Вечером раздаётся мелодичный рингтон моего телефона. Звонит мой старший брат. Ничто не сможет испортить мне сейчас настроение, а и без того редкие разговоры с братом вгоняют меня в уныние. Мы очень редко видимся и ещё реже созваниваемся, поэтому я несколько удивлён его внезапному появлению в моей новой жизни. Мы с ним никогда особо не враждовали и до некоторых пор даже были очень близки. Как лучшие друзья.

    Мне едва исполнилось восемнадцать лет, когда из госпиталя позвонили и сообщили, что у отца, который попал туда после инфаркта, ночью случился ещё один сердечный приступ. Мы с братом сразу отправились в госпиталь и провели там несколько часов, пока врачи боролись за его жизнь, пытаясь вновь завести его сердце. Но его сердце остановилось и больше не поддавалось никакой врачебной магии. Отец был уже мёртв, когда мы сидели в зале ожидания и молились без слов.

    Мы остались вдвоём, и с тех пор что-то словно надломилось в наших отношениях. Мы не стали ненавидеть и уж тем более винить друг друга в смерти отца. Мы просто отдалились и каждый заперся в своей скорби, боясь нарушить идиллию своего горя. Папа был единственным связующим звеном, которое держало нас с братом вместе долгие годы, несмотря на все разочарования и обиды, которые мы без труда доставляли ему. Не удивительно, что, в конце концов, его сердце не выдержало. Я почти не навещал его, когда он попал в госпиталь второй раз с очередным инфарктом. Я думал, что, раз он выкарабкался однажды, то сможет это сделать и ещё раз. Но я был не прав и это самая большая ошибка в моей жизни, которую я, наверно, никогда не смогу себе простить и забыть. Я и не хочу забывать.

    Если у человека в жизни есть рана, которая постоянно болит, это становится самым верным стимулом не допустить появления ещё одной такой раны. Пусть эта рана кровоточит. Пока это не смертельно, с этим можно жить, периодически меняя повязку. Пусть эта боль никогда не даёт о себе забыть потому, что всё остальное будет казаться всего лишь жалким укусом какого-нибудь мелкого насекомого. Этому нас тоже учил наш отец.

    Мы с братом были плохими учениками.

    Однако, Даниэль, так зовут моего брата, смог сделать так, чтоб отец им гордился. Он стал тем, кем Роман Таневский мечтал, что станет его сын. У брата своя адвокатская контора. Это приносим ему стабильный годовой доход и постоянные семейные разборки.

    Так уж сложилось, что того, что было у брата, никогда не было у меня и наоборот; так мне в большой, а брату в меньшей степени везло в отношениях с женским полом, а брату больше везло в денежных вопросах. И как мы с ним не старались изменить это проклятье в стили Вуду, у нас ничего не получалось. Брат был женат уже дважды. Сейчас у него третий брак и он тоже вот-вот начнёт трещать по швам. Согласитесь, назвать это везением можно с большой натяжкой. Я же, наоборот, всегда хорошо ладил с девочками, девушками, женщинами. Из этого, правда, ничего серьёзного пока не вышло, но в таких делах спешка может быть довольно губительным фактором и мой брат живой тому пример. Мне спешить некуда. В отличие от своего старшего сородича, я финансово зависим от множества обстоятельств и это не прибавляет мне смелости сделать из моего везения нечто социально правильное, то есть жениться. Исключением не являются и новые события, связанные с Катрин, в которых я так же, никак не затронут финансово. Это не делает из меня крутого парня.

    Брат говорит, что соскучился и хочет увидеться сегодня. Я милостиво приглашаю его посетить мою скромную обитель, благо все необходимые расслабляющие вещества для этого уже имеются.

    — Скоро буду, — говорит брат.

    Через час мы уже курим, закидываем в себя какую-то еду, запиваем всё это сангрией и смотрим очень популярный и дико пошлый сериал по кабельному телевидению.

    Странно, но сегодня я рад видеть Даниэля и его присутствие нисколько меня не раздражает. Мне так о многом надо рассказать ему. Я уже почти забыл, что он единственный и самый родной мне человек в этом забытом всеми небесными силами городе.

    Дьявол, опять за меня говорят алкоголь и долгое уединение.

    Я рассказываю ему о том, что, возможно, скоро женюсь на Катрин, о том, что это фиктивный брак и о том, что даже не знаю, чем это кончится. Брат и не думает осуждать меня. Он говорит, что это мой выбор и неважно, чем это кончится, главное, чтоб это удачно началось. Катрин ему никогда особо не нравилась, но Даниэль не из тех людей, что могут предвзято относиться ко всем, кто просто по каким-либо причинам им не симпатичен. Как юрист, он предлагает помощь в составлении и проверки всех документов по завещанию и по брачному договору. Я говорю, что брачного договора, скорее всего, не будет, но я передам его предложение своей фиктивной невесте. Брат интересуется, как у меня дела на работе и, услышав, что ничего не меняется, настаивает на том, чтобы я пошёл в суд, а он готов быть моим адвокатом. Из его слов выстраивается версия, что в моей конторе все не чисты на руку, и он готов это доказать. Впрочем, я и сам об этом знаю, но моя природная лень не позволяет мне поднять свою задницу от стула и отправиться прямиком на слушание по делу о нечестном работодателе.

    — Ты опять поругался с Ким? — я решаю перевести все стрелки на брата.

    — С чего ты взял?

    — Когда ты последний раз был тут просто так?

    — Не знаю.

    — Что с ней?

    Он устало разводит руками.

    — Она пытается вытрясти из моего кармана всю мою чековую книжку вместе с кожаной обложкой, мать её. Она всё реже разрешает мне встречаться с дочерью. А это самое худшее, что женщина может себе позволить.

    У Даниэля есть дочь от первого брака. Моя прекрасная и любимая племянница Кэрри.

    — Ты знаешь, я со всем могу смириться, но меня бесит то, что она пытается контролировать все мои расходы и приходы. Я никогда ей сильно ни в чём не отказывал, хотя мы знавали с ней и не лучшие времена. Но сейчас это просто какой-то ахтунг.

    — Отправь её обратно в Лос-Анджелес. Обратно к шесту.

    — Проще её пристрелить. Я сто раз предупреждал её, что подам на развод, но она тут же превращается в пушистую и ласковую собачонку, блядь. Но проходит всего два дня и она опять находит какую-то ерунду, как повод для ругани.

    — Может это у неё болезнь какая?

    Я знаю, что брат со мной не согласится.

    — Какая к чёрту болезнь? — взрывается Даниэль. — Болезнь, ага. Шопофрения и бабкомания. Плюс к этому мозгодолбофилия! Вот и все её болезни. Тут медицина бессильна.

    — Ну, ты же всё-таки юрист, — говорю я, пытаясь звучать, как можно убедительнее, — есть же какие-то дыры в законе, в вашем брачном договоре или как там у вас, я не знаю.

     

    Брат на минуту замолкает и уходит в глубокую задумчивость. Я наливаю себе ещё сангрии и делаю неутешительные выводы, что брат всё ещё что-то испытывает к своей супруге. Будет просто отвратительно, если это любовь.

    — Есть, — говорит брат, — но дело в другом. Я не смогу без неё.

    Я усмехаюсь.

    — Ты без мозгов не можешь, — говорю я, — и это уже диагноз. Я могу тебе напомнить кое-что, по крайней мере, то, что сам помню, о причинах твоих бывших разводов.

    — В задницу прошлые разводы, — фыркает Даниэль, — надо жить настоящим. Я найду способ осадить эту кобылу. Рано или поздно не выдержу и дам ей пинка. Единственный плюс этого брака — отсутствие детей. Таких же спиногрызов, как она я б не вытерпел. Я люблю детей и был бы не против, если бы у меня появился еще, хотя бы один ребёнок. Кэрри уже большая и ей бы не помешал брат или сестра, чтоб с ранних ногтей училась заботиться о ком-то кроме себя. А то потом вырастают такие кровососущие дуры, как, к примеру, её же мать.

    Мы допиваем бутылку вина.

    — Что ты думаешь делать дальше? — спрашивает Даниэль.

    — Что?

    — Ну, когда вы с Катрин поженитесь. Чем думаешь заниматься?

    — А чем я ещё могу заниматься? Буду работать, как работал.

    — То есть ни на какую часть наследства ты не претендуешь? — брат, словно пытается выпытать у меня признание.

    Я говорю ему предельно честно, как есть. Самое последнее, что я сделаю в своей жизни, это стану обманывать собственного брата.

    — А какое я имею право? Это деньги Кат и как она скажет, так и будет. Я, если честно, не хочу иметь с этим делом. Просто хочу ей помочь. Поженимся, уладим все юридические вопросы и разбежимся.

    — А если не отпустит?

    — Кто? Кат? Да ладно тебе. Она сама намекала на подобный расклад.

    — Может это её хитрость? Не хочет тебя пугать раньше времени. А потом возьмет, да и не отпустит. И ты прилипнешь к чужим деньгам и будешь вечно находиться в состоянии, будто ты ей ещё и должен. Поверь моему горькому опыту, брат, женщины хитрее, чем кажутся.

    Все снова оказываются умнее меня.

    Сначала мои друзья посеяли во мне зерно сомнений, теперь мой собственный брат. Все хотят мне добра, а в итоге я опять пытаюсь найти во всём этом что-то негативное и начинаю невольно разгадывать якобы коварный план Катрин.

    Да нет, Катрин не такая, думаю я про себя.

    — Скажу тебе только одно, Рен, не влюбляйся. Иначе будет всё так, как я тебе рассказал.

    — Спасибо, конечно, но я думаю, что до этого не дойдёт. Ни до первого, ни до второго, — отшучиваюсь я.

    — Рано меня благодарить, — говорит мой брат, почёсывая затылок. — Вот когда вы дойдёте до стадии распада, тогда-то ты мне спасибо и скажешь, брат.

    И только теперь я замечаю, что под длинным рукавом свитера его рука слабо обмотана бинтом. Под бинтом довольно свежий шрам. Крови нет и края начинают стягиваться.

    — Что это, Данни? — спрашиваю я, не пряча удивление.

    — Где?

    — У тебя на руке, — говорю я. — Этот шрам.

    — А, это, — брат смотрит на свою руку, — разбил дома о раковину случайно.

    Он криво улыбается, из чего мне становится ясно, что он что-то недоговаривает.

    — Брат, не ври, — говорю я с серьёзным видом, — Если б ты поранился о разбитую раковину, у тебя было бы несколько рваных ран. А тут, один порез и очень ровные края, как будто тебя полоснули ножом или бритвой.

    — Нечего рассказывать.

    — Я не хочу думать о худшем, Дан. Уж лучше пусть это будет Ким. Это она?

    — Да не обращая внимания, обычная бытовая травма, всего-то.

    Я с подозрением смотрю на Даниэля. Хоть мы и редко видимся, но никогда до этого брат мне не лгал и ничего от меня не скрывал. Возможно, он делает это из лучших побуждений, поэтому я больше ничего ему не говорю. Это его дело. Но я знаю, что это дело рук Ким.

    ***

    У меня из головы не выходит наша с братом последняя встреча, а точнее то, чем она закончилась. Я вспоминаю этот чёртов шрам на его руке — такой свежий и такой чёткий.

    Чтобы доехать до Даниэля мне нужно проделать несложный, но длинный маршрут из Мидтауна в Уэст Виллидж. Вечером этот маршрут усложняется пробками на Мак-авеню. Остановка автобуса находится через квартал от моего дома. Я быстро перекусываю двумя треугольниками пиццы, оставшихся со вчерашнего ужина, и к половине седьмого уже тороплюсь к отправляющемуся автобусу номер 31. Есть и более быстрый путь, но уж слишком витиеватым он мне кажется, да я особо никуда и не тороплюсь. Точно знаю, что к моему приезду, Даниэль уже будет дома. Почти сорок минут я еду с двумя пересадками до Паркер Стрит, а остальную часть пути проделываю пешком. Дом, в котором живёт мой брат, это часть одного большого и старого жилого комплекса Олден Парк Тауэрс прямо на берегу реки, за Ист-Джефферсон авеню. Насколько мне подсказывает память, этот дом был построен ещё в двадцать втором году прошлого века, может и годом раньше, хотя с виду он кажется вполне пригодным для жизни. Добравшись до холла с лифтами, вспоминаю, как брат жаловался, что в их доме уже седьмой месяц не ремонтируют сломанные лифты. И это при том, что пару лет назад две какие-то очень серьёзные конторы взялись за реконструкцию всех башен этого комплекса. Всё, на что их пока хватило или всё, что они пока успели сделать, — это обновить краску на стенах. Это я тоже узнал из жалоб брата. Я сам вряд ли когда-нибудь познаю всех тонкостей этого бизнеса.

    На подъём по лестнице на шестой этаж я трачу примерно четыре минуты, — лестничный проём напоминает лестницы в средневековых башнях, какими их изображают в мультфильмах. Немного отдышавшись, я нажимаю кнопку звонка.

    Даниэль не скрывает своего удивления, увидев меня на пороге.

    — Брат, привет. Проходи, — говорит он. Кажется, у него хорошее настроение, или он уже успел влить в себя стакан-другой.

    — Привет, брат.

    — У тебя что-то случилось или ты просто так?

    Я прохожу в квартиру и попадаю в хорошо освещённую комнату с эркером, где стоит небольшой обеденный стол. Квартира брата мне нравится не только своими размерами и планировкой, но и то, как она обставлена. Мебель, некоторые предметы которой он, скорее всего, купил где-нибудь ИКЕА, в основном цвета венге, с блестящей фурнитурой. Оснащена квартира самой современной техникой, какую я могу себе представить, и которая визуально делает эти апартаменты немного тесноватыми. Однако, находиться здесь так же приятно, как в дорогом гостиничном номере эпохи двадцатых годов, переделанном на современный лад.

    Стол накрыт на одну персону, значит, я застал брата за поеданием своего ужина.

    — Просто так, — отвечаю я.

    — Ужинать со мной будешь?

    — Пожалуй, — говорю.

    — Присаживайся.

    Даниэль ставит передо мной тарелку с ростбифом и вареными овощами и стакан апельсинного сока. Совсем как раньше. Я же откровенно не отрываю глаз от широкого пластыря, который закрывает шрам на его руке.

    Кажется, он этого не замечает или делает вид.

    Даниэль ходит по квартире в майке с коротким рукавом и шортах-боксерах. На его худых ногах они смотрятся потешно.

    — Как рука? – спрашиваю я брата, когда он усаживается напротив меня.

    Он смотрит на пластырь и улыбается.

    — Заживает.

    И тут мне приходит в голову логичная мысль. Я демонстративно приподнимаю руки вверх.

    — Извини, я сейчас, — говорю я вставая из—за стола. — Забыл помыть руки перед едой.

    В квартире Даниэля два санузла. Один сразу за кухней, другой в их с Ким спальне. Мне нужно выбрать в какой из них зайти. Иду в тот, что в спальне.

    — Ким случайно сейчас не в спальне? — предварительно спрашиваю я брата.

    — Нет, — говорит он, — она опять на курсах актёрского мастерства. Задолбала уже. Уже полгода туда ходит, а я только бабки отстёгивай. Из неё актриса, скажу я тебе.

    Я не ошибся. Раковина в туалете цела и более того, та же, что и была раньше. Теперь у меня ровно пятьдесят процентов доказательств моей версии. С этой мыслю, я возвращаюсь к столу.

    — Как дела на работе? — спрашивает Даниэль.

    Я отрезаю кусок мяса и пихаю себе в рот. Прожевав, я отвечаю:

    — Ты знаешь, становится лучше. Со следующего месяца мне собираются прибавить немного зелени и, может, наконец-то повысят из ассистента.

    — До кого?

    — Да хотя бы до менеджера.

    — Это хорошая новость, брат. — Даниэль поднимает вверх стакан с соком. — Может, отметим это чем-нибудь покрепче?

    Я улыбаюсь в ответ.

    — Может, но немного позже. Я решил притормозить с выпивкой, — я перевожу взгляд на брата. — Помнишь, когда папа начинал жёстко закладывать и неделями не просыхал, мы его люто ненавидели? Давали себе обещание никогда так не поступать?

    — Помню.

    — Так вот я решил хоть как-то выполнить собственные обещания.

    Даниэль грустно улыбается, ковыряясь у себя в тарелке.

    — Да, но только я его не ненавидел. Да и ты тоже. Было просто его жалко в такие периоды. Не от хорошей жизни у него это бывало, согласись.

    Я киваю головой.

    — Я пытался ему помочь и понять его, — продолжает мой брат, — Он ведь всегда говорил, что прежде, чем кого-то обвинять надо сначала хотя бы попытаться его понять. Именно так я всегда и делал.

    — Именно поэтому ты и стал адвокатом?

    Даниэль сопит.

    — Может быть и так. Знаешь, ведь когда отца не стало, я лишь убедился в выборе своей профессии. Ты, может, не помнишь, но свои первые дела я проиграл. А всё от того, что углубился в законы правовые и совсем забыл о законах духовных. Но потом отец мне сказал, что иногда надо прислушиваться к сердцу, а не к кодексу. Вот и всё.

    Иногда меня сильно досаждает то, как брат говорит, пытаясь изображать проповедника.

    — И всё? — говорю я. — Так просто?

    — Да, каким бы странным это не казалось.

    — А мне отец говорил, чтобы я делал только то, что хочу. И как итог, из всего, что я хотел, ничего не получилось и теперь я ничего не могу поделать с этим.

    — Нет, брат, ты ещё можешь это изменить. Ведь ты всё ещё хочешь жениться на Катрин?

    Я бью себя кулаком по лбу.

    — Чёрт! Катрин! — говорю я. — Я совсем забыл о ней. Я же собирался сегодня встретиться с ней. Вот я олень. Она вчера звонила мне, хотела встретиться, а я не мог.

    — Почему не мог?

    — Признаться, я не ночевал дома.

    Даниэль склоняет голову с хитрым выражением на лице.

    — Я ночевал у одной своей подруги, — пытаюсь объяснить я, но выглядит это так, словно я оправдываюсь. — Точнее, она мне не подруга даже, а просто коллега. Я задержался у неё допоздна, и когда Кат звонила, мне тупо не хватило смелости сказать ей об этом. Она была такой грустной по телефону.

    — Ничего страшного не произошло ведь.

    Я подаюсь вперёд и понижаю голос, будто признаюсь в чем-то. В чём-то, за что мне откровенно стыдно.

    — Абсолютно, — говорю я, — мы спали в разных комнатах. К тому же она живёт со своими стариками.

    Даниэль смеётся. Я улавливаю в этом долю сарказма, теперь я свернул со своей тропы удачи.

    — Так что там на самом деле со свадьбой? Она будет или нет?

    — Слушай, — говорю, — мне так надоели все эти разговоры об этой свадьбе!

    — Чем это?

    — Да все только и делают, что спрашивают меня об этом. Скорее бы уже она прошла. Наверно за этим Катрин и звонила мне вчера. Хотела обсудить дату и место, или что там обсуждают накануне. Твою же мать, а! Даже не позвонил ей сегодня. Хорошим же я буду мужем.

    Даниэль предлагает позвонить ей прямо сейчас, что я и собираюсь сделать. Как ни странно, Катрин не злится и говорит со мной ровно и спокойно. Она сообщает, что на два дня уезжает с тётей в Лансинг, чтобы подготовиться к свадьбе. Понятия не имею, что можно такого приготовить к свадьбе в Лансинге, чего нельзя подготовить в нашем городе. Катрин ещё раз просит о встречи. Сегодня в одиннадцать она будет ждать меня возле моего дома на Шарлотт-стрит.

    — Брат, ты не против, если я воспользуюсь твоей ванной? Я со вчерашнего дня так и не принимал душ, — спрашиваю я.

    — Да, пожалуйста, — отвечает Даниэль.

    Прихватив чистое полотенце, выданное братом, я направляюсь в ванную, что сразу за кухней.

    Я так и знал. Раковина и здесь цела и нет ни одной трещины или острого края, об который мой брат мог бы порезаться. Чувствую, как меня начинает наполнять злость. В меньшей степени на Даниэля, в большей степени на Ким. Мне становится обидно не за то, что он мне многое недоговаривает, а за то, что он всё это терпит.

    Больше оттягивать разговор на эту тему просто некуда.

    — Дан, я вот, что заметил, — говорю я, выходя из ванной комнаты уже ополоснувшись. — в обоих твоих ванных целые раковины.

    Даниэль уже стоит в кухне и тщательно намывает посуду в жёлтых резиновых перчатках.

    — И что? — спрашивает он, не отрываясь.

    — А то, что ты мне говорил, что порезался о разбитую раковину дома.

    Я опираюсь о холодильник и смотрю на него, ожидая его реакции. Грязный стакан застывает у него в руке, а он сам смотрит куда-то в одну точку перед собой. По нему видно, как он отчаянно пытается найти нужный ответ.

    Человек с богатой адвокатской практикой и так глупо облажался.

    — Это ведь сделала Ким, так? — настаиваю я. — Дан, мне плевать, что ты мне соврал, мне не плевать, почему ты это сделал. Почему ты её покрываешь?

    — Я надеюсь, ты пришёл сюда не для того, чтоб устраивать ей скандал, брат? — говорит Даниэль.

    — А почему нет?

    Господи! Мой брат, который для меня долгое время был примером, и для которого всегда очень важными были справедливость и правда, готов защищать свою супругу даже после того, что она сделала.

    — Я пришёл в гости к родному брату. Может, я решил вернуть наши отношения на прежний уровень, какими они были до смерти папы. И то, что у тебя ебанутая жена никак не должно на это повлиять. Хотя ты, наверное, прав. Я пришёл убедиться в том, что это сделала Ким и каким-то образом повлиять на неё.

    Даниэль бросает намывать посуды, кидает жёлтые перчатки в раковину, и мы выходим в гостиную.

    — Повлиять? — говорит он с долей скептицизма в голосе, — и каким же это образом?

    — Пока не знаю, — отвечаю. — Возможно, скандала всё-таки не избежать. Но почему она это сделала, Дан, а? Как до такого вообще дошло?

    — Я не знаю, Рен, — устало произносит он, почёсывая порез на руке, спрятанный пластырем. — Ты сам ответил на свой вопрос. Но я тебя прошу, давай без фокусов.

    — Это всё из-за денег?

    — Ну конечно из-за денег, из-за чего ж ещё? Мы просто начали ругаться опять из-за какой-то херни, что-то опять всплыло о деньгах и тут она схватилась за нож.

    — Как вы после этого вообще живёте вместе?

    — Ну, вот как-то так и живём.

    Даниэль усаживается на мягкий кожаный диван карамельного цвета, который стоит посредине комнаты. Я упираюсь локтями в мягкую спинку дивана позади брата.

    — Это всё очень странно, — говорю я.

    Даниэль молчит в ответ.

    — Даниэль, у нас гости? — я слышу за спиной знакомый резкий голос.

    Это Ким. Она, как всегда, выглядит неотразимо. Короткие, чёрные как смоль волосы, минимум макияжа, который подчёркивает только нужные черты её лица. Неброская, но стильная одежда строгого покроя. Единственный минус её внешности — маленький размер груди. У всех двух предыдущих жён Даниэля были маленькие груди. Исключением можно назвать разве, что его первую жену Джуди, и то после того, как она родила Кэрри и не стала кормить её путём, предусмотренным природой.

    — Ким, — приветственно киваю я, не скрывая своего враждебного настроя.

    — И с чем ты пожаловал к нам? — спрашивает она, проходя к себе в спальню. Она не запирает за собой дверь, поэтому я всё ещё могу её хорошо слышать. — Рассказать нам о предстоящем мероприятии?

    — Я так понимаю, ты уже тоже в курсе?

    — Конечно, Даниэль мне всё рассказал, — говорит она из спальни. — И что же ты хочешь нам сообщить?

    Мне приходится сочинять на ходу.

    — А я пришёл пригласить брата на мальчишник, — говорю я. Даниэль смотрит на меня с одобрением.

    Какое-то время из уборной в спальне слышится плеск воды.

    — Точно, Рен. Мы же совсем забыли о такой важной составляющей всех свадеб. Что ты собираешься придумать?

    — Брат, я ещё сам не знаю. Возможно, его и не будет. Мне он сейчас не по карману.

    — Но как же без мальчишника? — возмущается Даниэль. — Даже фиктивный брак требует отменного мальчишника.

    Брат потирает руки в нетерпеливом раздумье.

    — Мы вот как поступим, брат, — продолжает он, — я дам тебе денег на мальчишник, и мы оторвёмся там, как следует. Мой брат жениться и я не помогу ему отметить это дело? Ну что за бред?

    В гостиной появляется Ким, уже переодетая во всё домашнее и без макияжа. Она, очевидно, слышала последнюю часть нашего с Даниэлям разговора, и по её виду понятно, что всю услышанное её напрягает. Она, молча, проходит на кухню, откуда приносит тарелку с овощами и стеклянную бутылку кетчупа Heinz.

    — Ты действительно можешь это сделать? — спрашиваю я.

    Сейчас я хочу посмотреть на действия Ким и поэтому специально подталкиваю брата на продолжение разговора. Уже, будучи в курсе, на что она способна в порывах неконтролируемой ярости, я желаю увидеть её в действии. Так у меня появится ещё один аргумент против неё.

    — Почему нет? Ты, конечно же, ещё не прикидывал, сколько тебе для этого надо.

    — Честно, нет. Понятия не имею. На самом деле, тебе должно быть виднее, брат, у тебя было три мальчишника.

    — Ну вообще-то всего два. Во второй раз я был скромнее.

    — На свой мальчишник Даниэль потратил больше, чем на саму свадьбу, — подаёт голос Ким из-за стола.

    — И сколько же? Я лишь помню, что мальчишник был просто отличный, — говорю я.

    — Я уже сам не помню, — отвечает Даниэль. — Пьяный был наверно.

    — Одной тысячей там явно не обошлось, — снова встревает Ким. — Кстати, Даниэль, ты помнишь, что мне нужно оплатить курсы на следующий месяц?

    Отлично. Рыбка на крючке.

    — Твои курсы подождут, — говорит Даниэль. — Толку от них всё равно никакого. Только время и деньги зря тратишь. У меня тут появились расходы и поважнее. Я хочу запомнить этот мальчишник надолго, потому что, брат, я надеюсь, у тебя это будет единственный раз.

    Я усмехаюсь.

    — Издеваешься? Ты забыл, что это будет за брак?

    Даниэль встаёт с дивана, подходит ко мне и хватает меня за плечи.

    — Извини, забыл действительно. Но тем не менее, я не пожалею на это денег. Мы всё устроим. Раз твоя Катрин уезжает на пару дней, предлагаю этим и воспользоваться.

    — Подожди, — говорю, — ты слишком торопишься. Ещё даже не назначена дата самой свадьбы.

    — Да и плевать.

    Краем глаза замечаю, что Ким несколько оживляется за столом. Она вертит в руках вилку, периодически постукивая ею по столу, комкает скатерть, в общем, ведёт себя так, словно ей нечем занять руки.

    — Даниэль, — говорит она строго, — можно тебя на минуту?

    — Нет, — бросает он ей через плечо.

    — Даниэль!

    Он поворачивается в её сторону.

    — Что? — почти кричит он. — Ты не видишь, что мы тут обсуждаем важные вещи?

    Моё присутствие явно придаёт брату уверенности в отпоре жене.

    — Я вижу, что ты пытаешься спустить в трубу наши деньги, — говорит она.

    А вот и развязка, думаю я.

    — В трубу? — напрягается брат, — это твои долбанные курсы труба. А праздник для моего брата — это святое дело. И я не собираюсь отказываться от своих слов только из-за того, что какая-то истеричка считает это лишней тратой.

    Ким резко поднимается из-за стола. Я вижу недобрый блеск в её зелёных глазах. Пока она действует по плану, но мне как-то неспокойно и я чуть ли не встаю в стойку, готовый броситься на защиту брата.

    — Ах, так! Да вы оба совсем охренели уже! Может, ты ему ещё и саму свадьбу оплатишь заодно?! Ты ж у нас мистер «я всем хочу помочь деньгами»!

    — Нет-нет, что ты, это уже слишком, — отмахиваюсь я, пытаясь уже спустить всё на тормозах.

    Но она явно не слышит моей иронии, наоборот, это только заводит её ещё сильнее.

    — Если этого потребуют обстоятельства я так и сделаю, — словно отрезав, говорит Даниэль и приближается к ней. — Мне давно пора отучить тебя высасывать из меня все деньги. А помочь я хочу только своему родному брату, имею на это полное право. Я бы даже сказал, что это моя прямая обязанность. Ты что-то ещё хотела мне сказать?

    Она молчит.

    — Может, обрадуешь своего благоверного, что ты, наконец, нашла себе работу? Я всё понимаю, но всему есть предел, Ким!

    Она поворачивается к нему спиной. Сейчас она начнёт реветь и всё закончится мирно.

    — Ну, ты и сволочь, Даниэль! — говорит она, — я смотрю, ты с первого раза не понимаешь.

    Дальше происходит то, на что я просто не успеваю среагировать и чего я точно никак не ожидаю. В какую-то долю секунды в руке у Ким оказывается та самая стеклянная бутылка кетчупа и, описав дугу в воздухе с разворотом она обрушивается прямо на голову моего старшего брата. Характерный звук трескающегося стекла заполняет комнату и эхом звучит у меня в ушах.

    — Сука, — всё, что успевает прохрипеть Даниэль и всем своим телом заваливается на стол, чуть не опрокинув его. Со стола он сползает на пол, оставляя нечёткий кровавый след на скатерти.

    Сказать, что я опешил, это всё равно, что не сказать ничего.

    Я подрываюсь с того места, где стоял и пытаюсь поймать брата, пока он не ударился уже травмированной головой о пол. Но я не успеваю. Он лежит на полу и не шевелится. Ким стоит, как стояла, сжимая в руке то, что осталось от бутылки, на пол стекают жирные капли соуса. На лице у неё кроме злости и обиды уже сияет какая-то блаженная улыбка, словно она, наконец, одержала победу над своим злейшим врагом. Я же чувствую, как у меня внутри, сменяя шок, начинает закипать гнев. Но сначала я должен помочь Даниэлю. Я переворачиваю его на спину.

    Трудно понять, где у него на лице кровь, а где кетчуп. Всё как-то очень быстро смешалось в одно сплошное красное месиво. На мгновение мне даже кажется, что брат не дышит. Но слабый пульс прощупывается. Я пытаюсь вытереть рукой его лицо, убираю остатки стекла с его головы и изо всех сил стараюсь вернуть его в чувство.

    — Даниэль! — шепчу я, задыхаясь от страха и тревоги, — Даниэль, ты меня слышишь, брат?!

    Я прижимаю его голову к себе, пытаясь другой рукой нащупать и прижать рану, из которой идёт липкая и густая кровь.

    — Какого чёрта ты стоишь, дура?! — ору я на Ким. — Вызывай «скорую», живее! Пошевеливайся, твою мать!

    И тут она словно выходит из оцепенения. С её лица сползает улыбка, будто она резко сменила маску, она кладёт на стол своё оружие и медленно садится обратно, обхватив голову руками.

    Да гореть тебе в аду, тварь!

    Аккуратно, одной рукой не отпуская рану, кладу голову брата на паркетный пол и достаю из кармана брюк свой телефон, пачкая в крови и его. Набираю 911. Помощь обещает скоро быть здесь. Не теряя времени, я быстро бегу в ванную, что за кухней, намачиваю первое попавшееся под руку полотенце холодной водой, возвращаюсь в гостиную и накладываю полотенце брату на рану. Потом я опять бегу в ванную и, проделав ту же процедуру уже с другим полотенцем, вытираю им окровавленное лицо брата. Всё это я делаю инстинктивно, даже не совсем понимая, насколько, правильно я действую. Дальше я решаю переложить брата на диван. Он оказывается довольно тяжёлым несмотря на свою худую комплекцию, но я удачно справляюсь с этой задачей. Теперь цвет дивана из карамельного, становится карамельно-красным.

    На мою величайшую радость Даниэль пытается что-то мне сказать, но у него получается только сдавленный хрип. Я ничего не могу разобрать из его слов. Он слабо хватает меня за руку, но сразу отпускает её и уже в следующую секунду его неслабо рвёт прямо на диван. Наклоняю его голову ещё в сторону, чтоб он не захлебнулся собственной рвотой и тем же полотенцем вытираю его губы.

    — Брат, полежи немного, потерпи. «Скорая» уже едет. Они вот-вот будут здесь. Главное не отключайся, прошу тебя.

    Он еле заметно кивает головой. Мне всего трясёт, словно я под напряжением.

    Ким всё так же сидит в той же позе. Только теперь она ещё и что-то там чуть слышно стонет. Но мне почему-то упорно кажется, что она очень тихо смеётся надо мной. Я иду на кухню, открываю холодильник и нахожу там почти добитую бутылку ирландской водки. Делаю несколько глотков прямо с горла и ставлю пустую бутылку на место. На меня резко наваливается вселенская усталость. Ноги и руки не желают двигаться, глаза закрываются, и к горлу подкатывает ком. Делаю над собой усилие, чтобы хоть как-то пошевелиться.

    Возвращаюсь в гостиную и ещё раз проверяю состояние Даниэля. Он всё-таки в отключке, — лежит с закрытыми глазам, тяжело дышит. Ко всему прочему, его ещё раз вырвало. Снова вытираю его лицо. Затем я беру первое, что попадается мне под руку, тяжёлый деревянный икеавский стул, и с размаху швыряю его в Ким.

     

    *

    Это был Рен Тажеев и отрывок из романа «Вытащи меня из ямы». Ну что, как вам такая история? Обязательно делимся мнениями! А поддержать творчество Рена можно нажимая на кнопки социальных сетей.

    Хотите стать одним из авторов литературного конкурса «Твоя первая книга-2»? Подробности здесь!

    А желающим почитать ещё - сюда.

    С уважением,

    Артём Васюкович

    Поделиться в соц. сетях

    Подписывайся на обновления!

    Ваш e-mail: *

    Ваше имя: *

    Марк Моисеев - «Ночной вылет»
    Inferus Sequebatur Eum - «Голод разума»
    Никита Демин - "Задира"
    Комментарии
    • Приветствую автора! Не весь отрывок почитала, но уже могу кое-что сказать. Чувствуется стиль, писательская рука. Несмотря, что это отрывок — всё понятно. Образы выписаны. Но поработать над романом ещё надо. Если позволите, немножко замечаний, больше не успела:
      «Ничто не сможет испортить мне сейчас настроение, а И БЕЗ ТОГО редкие разговоры с братом вгоняют меня в уныние…» Эта фраза неточная, короче — нечитаемая.
      «Пусть эта боль никогда не даёт о себе забыть ПОТОМУ, ЧТО всё остальное будет казаться всего лишь жалким укусом…» мне кажется, вместо «потому что» надо — «и тогда»
      Неточная фраза — «Он стал тем, кем Роман Таневский мечтал, что станет его сын…»
      «Я сто раз предупреждал её, что подам на развод, но она тут же превращается в пушистую и ласковую собачонку, блядь». Здесь напрашивается после «собачонку» поставить точку. И слово «блядь» будет коротким предложением (короткие предложения всегда усиливают значение, то, что Вам и нужно)
      Много повторов «но», надо почистить.
      Это всего лишь моё мнение и, надеюсь, оно Вас не обидело. Успехов, удачи. Приятно видеть Вас на конкурсе. Мария Эст.

      Ответить
      • Да, роман сейчас находится на стадии редактирования! сам перечитываю и вношу изменения… этот отрывок тоже будет подвергнут редактуре… сам сейчас перечитал и нашёл много недочётов, которые самого не устраивают…
        Ни одно ваше замечание меня не обидело!!! Некоторые даже учту и приму, как руководство к исправлению.
        Большое спасибо за то, что «почувствовали стиль и руку автора», над этим я сейчас тружусь больше всего!))))

        Ответить
        • ВИКА:

          А ГДЕ МОЖНО ПОЛНОСТЬЮ РОМАН ПРОЧИТАТЬ

          Ответить
      • Мария. а что вы имели в виду «образы выписаны»?

        Ответить
        • Я, как читатель, чётко увидела перед собой образы двух братьев, Даниэля и Рена. Они совершенно разные по характеру, но одновременно ощущается их родство и как братьев, и духовное. Этого достичь непросто, знаю, но в Вашем отрывке это прочитывается.
          Это и есть «образы выписаны». Имхо.М.Э.
          Кстати, откуда идентичность: «Рен»?

          Ответить
          • А вот как-то не смогу придумать имя, которое бы подходило к главному герою. называйте это просто «авторским ходом», я лично не знаю. как это назвать…. с себя может что-то писал…

            Ответить
    • Да, роман сейчас находится на стадии редактирования! сам перечитываю и вношу изменения… этот отрывок тоже будет подвергнут редактуре… сам сейчас перечитал и нашёл много недочётов, которые самого не устраивают…
      Ни одно ваше замечание меня не обидело!!! Некоторые даже учту и приму, как руководство к исправлению.
      Большое спасибо за то, что «почувствовали стиль и руку автора», над этим я сейчас тружусь больше всего!))))

      Ответить
      • «сейчас перечитал и нашёл много недочётов, которые самого не устраивают»
        ДО отправки на конкурс это было сделать невозможно?
        Что за мода пошла кидать сюда черновики??

        Ответить
        • дело не в этом…. до отправки проверял… и это не черновик…. просто всегда можно найти, что сделать лучше, если хочешь сделать хорошо….считаю это нормальным, отправить на суд читателя в блог. Другое дело, если бы я отнёс уже в издательство какое-нибудь черновой вариант. так же считаю нормальным много раз исправлять собственные ошибки с целью самосовершенствования) а потом не дуться на комменты и замечания) Ну да ладно. Это тоже мнение))) но не будем разводить полемику на эту тему….

          Ответить
          • Рен, «…дело не в этом…», а дело в том, что читать работу, не «почищенную» (а отсюда — неопрятность) очень тяжело. У меня в студии это называется «выловить блох». Особенно, когда работа неплохая, обидно, что прочувствовать это не даёт подобная небрежность. Так что, поработайте и успехов Вам! Мария Эст.

            Ответить
          • » всегда можно найти, что сделать лучше, если хочешь сделать хорошо….считаю это нормальным, отправить на суд читателя в блог. »
            А нельзя сначала сделать хорошо, а потом представлять читателям? То же самое, что не приготовить блюдо до конца, подумав: конечно знаю, что можно лучше, но и так пойдёт, не отравятся.

            Ответить
            • вам не кажется, что вы не в ту степь обсуждений полезли? откуда столько негатива???? свои работы проверьте лучше ещё разок….

            • Rose, я что-то ваших работ на блоге вообще не нашёл!)))
              Марии, спасибо. Человек говорит с добрыми намерениями (хочется в это верить), а Вы Rose как-то агрессивно уж! тем более комментируете не сам отрывок а комментарий! по-моему достаточно парадоксально и комично!)

            • Уважаемый автор, Рен! Ну не гоже так обижаться, впору женщине. Что касается Rose, так это добрая (справедливая!) фея нашего конкурса. Её рассказа не ищите. Лучше пройдитесь по комментам всех работ, после чего составите своё мнение почти что обо всех участниках. И узнаете, насколько ошибались, приписывая агрессию (даже не агрессивность!) Rose. Уверяю Вас, она объективна. Конечно, придётся почитать и работы других участников, все будут рады услышать также Ваше мнение. Собственно для этого мы уже второй год здесь собираемся.Что, признаюсь Вам, мне лично очень помогает в писательском труде. Обижаться друг на друга не стоит, хотя все через это прошли. Удачных сюжетов! Мария Эст.

    • «вам не кажется, что вы не в ту степь обсуждений полезли? откуда столько негатива???? свои работы проверьте лучше ещё разок….»
      Не кажется. Обсуждаем Вашу работу и ничто другое.
      Или Вы ожидали, что Вам только положительное будут говорить, а всё остальное — «не та степь»? Если Вы в ответ на критику посылаете подальше (проверить «свои работы»), то зачем вообще представили сюда рассказ?

      Ответить
      • только положительного я не ожидал! для этого и выложил, чтоб люди объективно указывали конкретные вещи…. всё-таки взгляд со стороны нужен… «не ту степь» я не имел ввиду, что ждал только хороших отзывов….читайте внимательней и комментарии и сами произведения, пожалуйста….

        Ответить
    • , «Вы Rose как-то агрессивно уж! тем более комментируете не сам отрывок а комментарий!»
      В моём комментарии речь идёт как раз о недостатках самого рассказа, если Вы не поняли.
      Агрессии с моей стороны не было, просто сказала всё напрямую. Легко обижаетесь. Вот это — смешно.
      А мой рассказ и не ищите. Здесь не только авторы комментируют.

      Ответить
      • Ну не было и не было, чёрт с ним! показалось, значит, по интонации! Я и не обижался… просто не понятным был один момент! мне в словах не добродушным показался сам настрой Розы. Прочтите самый первый свой коммент…))) Никаких советов, как например со стороны Мэри. а просто вопросы типа «что за мода пошла?» «а нельзя ли?» — так обычно бабульки ворчливые на скамейках ругаются — звучат немного необъективно и злобно.
        Почему я обратил внимание на отсутствие работ Rose?
        Потому, что так ругать и высказываться легко, когда сам не понимаешь, что как бы не редактировал, как бы не исправлял, всегда есть моменты, которые просто не замечаешь даже прочитав десять раз, а потом прочтёшь «с другого ракурса» и сам увидишь.. или не увидишь, пока не ткнут носом в ошибку или недочёт. Когда выкладывал я отрывок на тот момент уже раз 100 прочёл и переисправил и в итоге меня он тогда устроил…. а потом уже прочёл его в блоге, как со стороны читателя и сам нашёл свои же ошибки…
        А исправлять и искать косяки в тексте и редактировать можно несчётное количество раз (нет предела совершенству).так ни разу и не покажешь текст хоть какой-то публике. Смысл в нём тогда? Я на все АДЕКВАТНЫЕ советы реагирую вполне спокойно и исправляюсь, и без обид….
        Вот и вся моя точка зрения… а вы полезли в бутылку, типа я расплакался.. да боже упаси…. а комментировать комментарий — вот это глупо, ёбтить. «В моём комментарии речь идёт как раз о недостатках самого рассказа» — что-то я как-то не заметил ни одного указания на недочёты в самом тексте….
        Дальше спор предлагаю прекратить)))) так. то мне как-то похрен, но просто не высказаться я не мог, уж извиняйте, такая натура!

        P.S. Rose, читал я ваши комменты и к другим произведениям других здешних авторов — такая же балалайка во многих случаях…. так что отсюда один вывод:
        «П****те-ка сами писать, а потом уже и другим авторам давать советы, наезжать и комментировать.

        Спасибо и извините, если немного грубо))))

        Ответить
        • На всю Вашу длинную тираду уязвленного самолюбия скажу только одно. Со словечками здесь поаккуратнее. Из-за них публикация Вашего творчества и так была под вопросом.

          Ответить
    • Янита Владович:

      Про саму работу не могу ничего сказать, просто не мое произведение. Думала уже ничего и не писать, но увидела в комментариях, что этот отрывок находится на стадии редактирования, поэтому укажу, за что глаз зацепился.

      «Это приносим ему стабильный годовой доход » — опечатка «приносит»

      «И только теперь я замечаю, что под длинным рукавом свитера его рука слабо обмотана бинтом. Под бинтом довольно свежий шрам. Крови нет и края начинают стягиваться.» — а как герой узнал, что это все-таки бинт, и что под ним не просто шрам, а свежий и его края затягиваются?

      «бутылку ирландской водки» — стало интересно, а такая бывает?
      Полезла в интернет. http://vodochka.com/opisanie/index3.php
      Учитывая, что герои живут в США, имена у них нерусские, то, на мой взгляд, пьют они не ирландскую водку, а джин или виски. ;)

      Ответить
      • хорошо. учту. спасибо.

        Ответить
      • Янита, как думаете, так лучше будет: «И только теперь я замечаю, что под рукавом свитера на руке болтается почти размотанный бинт. Я тянусь к нему и задираю рукав. На руке шрам, как мне кажется, довольно свежий. Кровотечения нет, края начинают стягиваться.»
        ???
        ну, или как-то так.

        Ответить
        • Янита Владович:

          «Янита, как думаете, так лучше будет: «И только теперь я замечаю, что под рукавом свитера на руке болтается почти размотанный бинт. Я тянусь к нему и задираю рукав. На руке шрам, как мне кажется, довольно свежий. Кровотечения нет, края начинают стягиваться.»
          ???
          ну, или как-то так.»

          - Опять же, бинт под рукавом свитера. Даже если бинт размотался, то маловероятно, что резинка на рукаве свитера позволит бинту выскользнуть наружу. Следовательно, единственное, что герой может увидеть, это какую-то выпуклость под тканью. Бинт это или нет, неизвестно. Может, брат героя галстук себе на руку намотал, чтобы не потерять? Там может быть все, что угодно. Хотя, думаю, бинт был бы самым распространенным вариантом, но не единственным.

          А теперь, что касается последовательности действий.
          1. Герой видит что-то под рукавом у брата.
          2. Решает проверить, что это. Задирает рукав и видит размотавшийся бинт (по вашей версии) и все остальное.
          Только не думаю, что в это время брат будет спокойно сидеть. Как минимум, ему может стать больно, если кто-то другой вдруг резко задерет рукав.

          И еще. Мне кажется маловероятным, что бинт размотается. Пусть уж лучше герой увидит только повязку. Спросит у брата, что это такое. А тот попытается успокоить, что это царапина…

          Ответить
    • Виталий Лобановский:

      На эмоциональном уровне — не понравилось.
      Объясняю: это конкурс. На конкурсе надо что-то оценивать. А что оценивать тут? Только начало истории? Я не согласен! А вдруг Ваши братья геями окажутся? )) Буквоскладывание и словосплетение оценивать не собираюсь. Без целостной картины произведения — это как говорят у нас «марна праця»
      Почему ещё никто не додумался прислать на конкурс одно предложение?

      Ответить
      • «Почему ещё никто не додумался прислать на конкурс одно предложение?»
        Нижний порог в 1500 знаков не позволяет)

        Ответить
        • Виталий Лобановский:

          Ну ладно! :-D Четыре предложения:

          Сегодня в школе Ванечка писал диктант:
          «С камушка на камушек порхал легкомысленный воробышек, а на прилежно оштукатуренной террасе , искусно задрапированной гобеленами с дефензивой кронштадтского инфантерийского батальона, нагонявшего некогда панику на боливийскую беспилотную кавалерию, под искусственным антикварным абажуром, закамуфлированным под эксцентричный марокканский минарет, веснушчатая свояченица вдовствующего протоиерея Агриппина Саввична, рассеянно внимая тирадам нимало не удивлённого провинциального пропагандиста, вдругорядь потчевала коллежского асессора, околоточного надзирателя и индифферентного ловеласа Фаддея Аполлинарьевича Парашютова винегретом со снетками и фаршированным анчоусами бланманже в шоколаде.

          Веснушчатый ветреный Ванечка, шофер-дилетант по профессии, любитель потанцевать и покуролесить, боясь аппендицита и катара, решил сделаться вегетарианцем. Однажды, надев свой коломянковый костюм и искусно причесав клочок волос на темечке, он отправился в гости к своей свояченице Апполинарии Никитичне. Пройдя террасу с балюстрадой, всю заставленную глиняными и алюминиевыми горшочками, он как привилегированный гость, отправился прямо на кухоньку. Хозяйка, видя, что это ни кто иной, как ее приятель, зааплодировала так, что уронила конфорку самовара, а затем стала потчевать его винегретом с копчушками, а на десерт подала монпансье и прочие яства.»
          Годовая двойка по русскому языку превращалась из вероятности в реальность! И он ужу мысленно смирился с предстоящей поркой от отца и продолжительными укорами и рыданиями матери.

          ;)

          Ответить
      • Виталий! Ура! «Марна праця — то цэ ж так гарно!» А вдруг мы родственники?! А теперь признавайтесь: «Звидкиля?» М.Э.

        Ответить
        • Виталий Лобановский:

          Тю! Звидкиля? З Днепропетровска! :-D
          Но если и искать неизведанные родственные связи и какие-то корни, то они скорее окажутся ближе к Вам, чем у меня здесь, под боком.
          Есть там недалеко от Вас (относительно), в Литве — чудный город Трокай (куда я мечтаю попасть).
          Вот там, теоретически, могут оказаться родственники.
          Говорят, там, в районе замка, до сих пор делают знаменитые чудесные пирожки. Вторые такие есть только в Евпатории. Ну и мама умела их делать.
          Разгадаете загадку? ;)

          Ответить
        • Янита Владович:

          Маріє, а ви звідкіля? ;)

          Ответить
          • Виталий Лобановский:

            Сейчас нас с Вами больше должен волновать вопрос не звидкиля, а как оно там? В ЕС?
            :-D :-D :-D
            (местный самобытный украинский юмор)

            Ответить
            • Янита Владович:

              Так меня и не волнует. Мне просто любопытно. =)

          • Ребята! А нас АДМИН не погонит? Давайте о литературе! Остальное — как-нибудь, когда-нибудь.
            («алэ ж, нэ втрыматысь, Янусю, дужэ прыемно!»)
            М.Э.

            Ответить
            • Янита Владович:

              Мария, мені також! *ROSE*

      • Коллеги, давайте всё-таки избегать, отрицательных эмоций, тем более заранее. Виталий, почему сразу «братья геи?». Зачем предполагать худшее (а в данном случае — омерзительное). Братья выписаны неплохо, у меня сложилось вполне симпатичное мнение об этих образах. А Вы сразу — геи. Фу, Богопротивно даже. М.Э.

        Ответить
        • Виталий Лобановский:

          25 000 знаков без пробелов — я считаю многовато для выписывания характеров двух человек и описания простенькой, трехходовой завязки.
          Ну люблю я «концентрат». =) Где в одном предложении — целая история, несколько смыслов. Что поделать?

          Ответить
          • Янита Владович:

            «Что поделать?»
            - Может, заглянуть на конкурс миниатюр? Там уж точно будет «концентрат».

            Ответить
        • Толерантность нынче в моде в тех краях, так что геи будут как раз к месту. Автор, поддай перцу! А то действительно скучновато читалось.

          Ответить
      • Скажу лишь. что это совсем не начало истории… и история основная не только о братьях…
        и причём тут геи? ну даже если бы и оказались?

        Ответить
        • Геи рассматриваются всего лишь как один из ходов, способный поднять интерес читателя к достаточно монотонному и равномерному повествованию, отлично идущему на сон грядущий.
          Кроме того, что для одних «омрзительно», для других интерсно хотя бы просто потому, что к сему явлению трудно остаться равнодушным. Будут это читать, нравится это кому-то, или нет.
          Лично мне «академическая» проза с классическими канонами «хорошо-плохо» несколько поднадоела, ввиду того, что такая градация чуть-чуть устарела и совершенно не к месту к текущей реальности, которая нас с вами окружает. И не только мне.
          Возможно ваше произведение целиком воспринимается более бодро, однако по представленному кусочку этого не скажешь. Что не мудренно, рассказы писать гораздо сложнее. Авторов, выкидыващих фрагменты на конкурс, я несколько не понимаю.
          И я не буду мило улыбаться и хлопать в ладоши, как тут делают многие, если мне произведение не понравилось. И я не считаю это хулиганством.
          Ну да каждому свое.

          Ответить
    • Сергей, а какая градация сейчас к месту? Вы уж договаривайте до конца. Тем более, как я поняла из произведения (вернее — отрывка), автор ни о каких «геях» даже не помышлял. Это мы, такие «зрелые, профессиональные и т.д.» критики напридумывали.
      Что же касается стрелы с наконечником «мило улыбаться и хлопать в ладоши», так она — мимо. И объясню почему. Поскольку на конкурс принимают отрывки произведений (читайте положение), значит мы комментируем только то, что выложено на сайте. Если это полный рассказ, комментировать легче, если отрывок, я комментирую только стиль,(если он наблюдается), владение словом (если оно имеется)… и ещё то, что Вам «поднадоело». Да, оно банально, затёртое до лоска, (но в Вас оно тоже присутствует, иначе не появились бы на этом сайте) — гражданственность (да-да), стремление к сохранению вечных ценностей (хи-хи с Вашей стороны оставьте себе). К счастью, в большинстве произведений это присутствует.
      Что же касается Вашего «неравнодушия» к содомистам, советую почитать античную литературу 16, 17-го веков. Там, по крайней мере, меньше «омерзительного», писали талантливые люди.
      И никто Вас не заставляет читать «академическую прозу с классическими канонами» .( Уф, вот это выраженьице! Сами придумали только что для веса? Но моим предложением на тему античной литературы, Вы явно не воспользуетесь, поэтому впору — картинки в интернете (новейшая камасутра). Вперёд! М.Э.

      Ответить
    • Мария, что вам так геи покоя недают? Плохо что вы сарказм мой за чистую монету принимаете. Если вы не поняли, так это всего лишь один из возможных ходов, способный хоть как-то поднять интерес к достаточно унылому тексту. И ваше неравнодушие к этой теме этот довод только подтверждает. Но на них свет клином не сошелся, естественно.
      Что до наконечника со стрелой. Позвольте мне объяснить то, что тут многие недопонимают, и вероятно вы в том числе.
      Блог Атема ориентирован на заработок с помощью литературного творчества. И это все меняет.
      Вы хотите прожить жизнь в нищите, но с признанием вашего таланта потомками? Вот лично меня этот факт совершенно не греет. Я кушать сейчас хочу. И поэтому, каким бы как раз таки академически правильным, например, ваш подход не был (я вот признаю ваш уровень безоговорочно, только дальше-то что?), окружающая реальность диктует нам несколько иные подходы. Вот основной момент, который, на мой взгляд, надо учитывать в любом жанре художественной литературы:
      Целевая аудитория. Просто задумайтесь, кто покупает книги, как именно, какие, и где? Сразу же выделяются несколько групп. Сходу вижу две крупных группы:
      а)офисный планктон 20-40 лет, который тупо едет на работу час утром, час вечером, и коротает свое время за чтением. Как правило, используются электронные гаджеты. Дома у них жены и дети, дома им некогда. А коли стоит задача скоротать время, нужен ли им текст уровня Толстого и Достоевского? Нет, им главное инетерес. И все. Исключния есть, но на то они и исключения. Покупают (или качают бесплатно) электронные книги эти люди в сети. Но для нас именно эта группа потенциально является самой интересной в экономическом плане. И оказыватся, что мало кто из них имеет филологическое образование в эпоху менеджеров и торговли. Вот ведь странно-то!
      б) Более старшая аудитория, которую успешно окучивает Донцова, Устинова, Полякова — то, что сходу на ум приходит из авторов, мелькающих в руках в метро. Ессно об электронных читалках тут говорить не приходится, тут в моде дешевые бульварные книжки. О качестве этого материала я уже высказывался, вы я думаю и вовсе абплюетесь. С Интернетом эта аудитория не дружит, потому спокойно проходит мимо нас, ибо влезть туда крайне сложно, рынок забит.
      Еще есть более узкие группы, например студенты, школьники, пенсионеры, вот только они совершенно неплатежеспособны. Хотите писать под них? Ну удачи.
      Далее. Возникает вопрос, что писать?
      Вот тут наступает самое интересное.
      Стиль, владение словом — это все хорошо, но в сегодняшних реалиях не приоритетно. Гражданственность, стремление к сохранению вечных ценностей — увы, тоже.
      Главное в современном произведении — интерес читателя. И все. Т.е. главное, это идея произведения. Худо-бедно гладкий стиль изложения удовлетворяет читателя полностью. А вот что это за идея, вот тут полный отрыв от канонов. Можете Набокова вспомнить с «Лолитой», как, нормальные ценности?
      Или современные бестселлеры на западе — вампиры, Гарри Потер, Голодные игры. Авторы стали милионерами. Критики разносят в пух и прах, а люди покупают. С чего бы? И кстати аудиторию, это читающую, тоже прикиньте.
      Вот с идеями на конкурсе беда полнейшая, раз два, и обсчелся. Вы можете сколько угодно отличать стиль и владенеие словом, у меня же возникает желание посоветовать авторам некотором завязывать и заняться чем-нибудь другим. Да, иногда они хорошо пишут, только писателями не станут здесь и сейчас. Потом — может быть, только кому от этого легче?
      Так что как-то так. Да, я позволяю себе достаточно жесткую критику. Но стоит ли давать излишние надежды молодым людям? Они же верят…
      Короче и так уже многа букв. Желающие сделать выводы, их сделают.

      Ответить
      • Виталий Лобановский:

        Чего сразу завязывать? Пусть попробуют себя в рерайте/копирайте. Когда заказчик помашет перед носом денешкой, то сааааааавсем другая реакция будет на критику. И молча переделают и не один и не два раза. И научатся адекватно реагировать на критику (да местами и на маразм)
        Нет, ну я серьезно считаю это хорошей практикой.
        Знаю не по наслышке. Практиковал. (не сочтите за рекламу :-D )

        Ответить
        • Виталий, практиковал как заказчик. Оплата копеечна. Хотя Украина в плане оплаты труда… Все все поняли, если совсем тяжко… Впечатления от исполнителей очень разные %) Коммерческий коппирайт это все же другая область. Очень часто SEO подмешивают, и тексты становятся откровенным УГ. Сравнивать напрямую нельзя.

          Ответить
      • Виталий Лобановский:

        А я, пожалуй, с Вами соглашусь! На 99,5%.

        Ответить
      • Анна Tартынская:

        Сергей, согласна с вашими размышлениями о целевой аудитории, но неужели ради денег автор должен писать любую мерзость, лишь бы его книги продавались как горячие пирожки? Возможно, все-таки, есть какой-то компромисс…
        Произведения Марии Розенблит очаровательны, самобытны, позитивны и учат добру. Наверняка она уже нашла своего читателя. Есть достаточное количество людей, которые устали уже от чернухи и потребительства. Лично я наблюдаю прямо волну возрождения нравственности и духовности.
        Я считаю, если дело Богу угодно, то Он, в конечном счете, обеспечит автора необходимыми средствами. Пусть это будут не миллионы, но на достойную жизнь вполне хватит.
        Лично я вижу, что мне с моим «детищем» здесь делать точно нечего *CRAZY*

        Ответить
    • Виталий и Сергей, сейчас написала вам ответ и он куда-то исчез! Даю пробу. Придётся писать заново — жаль! Мария Эст

      Ответить
    • Сергей, был другой ответ, но исчез, значит так надо. Собственно пишу тоже самое, немножко более развёрнуто. Во-первых, к ОГРОМНОМУ сожалению, вынуждена с Вами согласиться по вопросу массовости читателя. Да и по другим тоже и даже в отличие от Виталия — на все 100%. И также согласна насчёт «покушать сейчас». Но! А что дальше? С литературой? Вы (с Виталием) такие (искренне говорю) умные, ответьте! Предложите! Виталий, с Вашим мастерством (да-да) почему не изобразите сюжетик в стиле Донцовой и на прилавок! Во, будет денег! Я хочу узнать, что Вас останавливает? Да, у меня (Марии Розенблит), считай, нет читателя (Анна благодарю за добрые слова). Вернее, очень маленькое количество. Но, с каждым из них можно, не знакомясь, пойти в разведку! И я не променяю МОЙ десяток читателей на сотни, потому как, начинается «продаётся-предаётся». (Виталий, можете не махать денюжкой) И совсем не потому, что я вот такая «идейная» , «неземная». Нет! Если я это сделаю, Я НЕ СМОГУ БОЛЬШЕ ПИСАТЬ. Я себя убью. Принимайте, как хотите — «выпендрёж», «красование». Наверное, со стороны это так и выглядит, но другого определения я не нашла (возможно, от недостатка знаний).
      Сергей, закройте Вы в конце концов эту тему геев, взываю, как женщина. За «ликбез» — спасибо (искренне говорю).
      Жалкие крохи оптимизма вы, оба, у меня изъяли, не предложив ничего взамен. Тем не менее, удачи нам всем. Особенно, чтобы покушать. Мария Эст.

      Ответить
    • И всё-таки хотелось бы продолжить диалог, он очень важен! М.Э.

      Ответить
    • Виталий Лобановский:

      Продолжаем диалог =)
      Почему только литературы? Морально-этический уровень кино, музыки так же далек от того, чего хотелось бы.
      С литературой всё будет хорошо. С нами или без нас. Но хорошо. Она, литература, такая хитрая стерва, которая сама себе взрастит талантов-гениев. Ой, больно им будет! Ой, голодно-холодно! Но взрастит. Почему-то я в это верю. Ну так было всегда. Значит и дальше будет.
      Что меня останавливает? Да то же, что и Вас. Не могу я делать лажу. Но, одно-другому не мешает. Можно и анонс для кафе написать хорошо. (Могу привести пример. Свой. :-D ) А то, что «хавает пипл» в основном — лажа.
      Касательно читателей. Как мне кажется (сужу по себе), десяток против тысячи — не потому, что тысяче не нравится произведение. Она просто о нем не знает! В этом и беда. Как с этим бороться? Если бы знал — наверное бы боролся =)
      Почему наверное? Так сложилось, что я не «кормлюсь» (в хорошем смысле) от литературы. Поэтому могу себе позволить…
      Кто-то делает бизнес из литературы. На лаже. Ну, пусть делает! Вы то понимаете, что это бизнес? конъюнктура там и всё такое…
      Кто-то делает литературу, а в итоге это перерастает в бизнес. Когда по совести заслуженная слава, деньги и всё такое. (Можете кидать в меня тапками, но я сюда бы отнес Лукьяненко, Акунина)
      Поэтому я не вижу противоречий и антагонизма ни в высказывания Сергея, ни в моих, ни в Ваших.
      Просто мы говорим немного о разных литературах. Или, если хотите, о разном подходе и целях.
      Каждый выбирает для себя связку — бизнес-литература или литература-бизнес. Но!!! Если и там и там присутствует ЛИТЕРАТУРА (все большие буквы), то я не против. Я за. =)

      Ответить
    • Спасибо! Ну, Акунин, разве что — ранний.
      P.S. Я думаю, из нашего «сообщества» вряд ли кто «питается» литературой. Не я — точно. М.Э.

      Ответить
    • А как можно «питаться» литературой, если даже Лукьяненко открыто говорит молодежи, мол ребятки, займитесь чем-нибудь другим, не расшибайте лбы о стены, не те времена.
      Если вам интересно мое мнение, то считаю, что вас несколько бросает в крайности. А надо искать середину между тем, что «хавает пипл» и тем, что можно считать хорошей литературой. Но все же ориентироваться на широкие аудитории.
      А на тему, как дать о себе знать тысяче-другой читателей, при чем с минимумом телодвижений, послав нахрен загребущие лапы издательств — есть у меня некоторые мыслишки, опыты и тестирования начну на следующей неделе. И если мне удастся хотя бы выйти в финансовый ноль, то… То придется мне написать практический курс, наверное.

      Ответить
      • Виталий Лобановский:

        Я первый в очереди за практическим курсом. С большим бы интересом ознакомился.

        Ответить
      • Никаких крайностей я не ощущаю. Вашим языком: они мне нахрен не нужны. Я пишу да и пишу, что нахожу нужным (вернее, что даётся, если хотите — сверху). Что же касается темы «дать о себе знать тысяче-другой читателей», да, она любопытна. Разработаете — поделитесь. Совет: в публикации не увлекайтесь выражениями «нахрен» и т.д. М.Э.

        Ответить

    *

    *

    Твоя первая книга - Клуб книжных дебютов. Здесь живет Ваша первая книга — забери её! Copyright © 2013