[responsive-menu RM="mobilnoe-menyu"]

Сабина Идрисова — «Чужая»

Sabina Idrisova ChuzhayaЗдравствуйте, дорогие читатели! Литературный конкурс «Твоя первая книга-3» начинает набирать обороты, готовьтесь – нас ждет много интересного! Представляю вашему вниманию рассказ «Чужая» в категории «современная проза». Автор – Сабина Идрисова. После прочтения не забываем делиться впечатлениями. Наверняка вам есть что сказать?

«Чужая»

Эта история очень изменила меня. Раньше я не придавала значения чужим проблемам, не знала что такое сопереживание. Мне было абсолютно наплевать на всех, кто меня окружает. Кроме себя и своих забот я не видела никого и ничего. Как меня терпела та жалкая пара-тройка близких мне людей? Сейчас я даже не представляю как им было тяжело. Впрочем, я не так часто с ними виделась, поэтому они меня и не бросили.

Пожалуй, надо начать издалека. Во-первых, я не представилась. Меня зовут Александра. И я закончила университет в этом году. Мои родители, редкостные хитрецы, но очень мудрые люди, сказали, что халява моя кончилась. То есть раньше обеспечивали меня полностью они, чтобы не отвлекать от учёбы, но теперь они решили, что такое избалованное чадо как я должно зарабатывать на жизнь самостоятельно. Пожалуй, здесь всё и началось. Я не ищу длинных, но проверенных путей, мне хочется получить всё и сразу. Пусть это будет риск и всё такое, плевать я хотела. Нужны деньги? Будут. В скором времени.

Итак, немного подумав, я решила, что самый короткий для меня путь заработать — заняться бизнесом. Поэтому мне пришлось собирать начальный капитал. На тот момент жильё моё представляло собой огромную трёхкомнатную квартиру в центре города. Вот я и решила обменять эти огромные апартаменты на небольшое однокомнатное гнёздышко в спальном районе города. Разница в стоимости получилась не хилая, учитывая то, что ремонт в моём жилище был более чем крутой, а в приобретённой мною однушке никто не обновлял обстановку наверное лет двадцать. В общем, оставалось только заселиться.

Когда я пришла забирать ключи, бывшие хозяева как раз выносили вещи. Возле двери стояла Елена Васильевна, хмурая женщина, продавшая мне эту квартиру. Мимо неё прошла девчушка, лет восьми-девяти, с коробкой в руках. Её длинные косички свисали до пояса. Она остановилась, посмотрела на меня своими грустными глазами, поправила каштановые волосы и пошла дальше. За малышкой, словно тень, следовала высокая рыжая девочка. На вид ей было не больше тринадцати лет. Ни бледная кожа, ни растрёпанные волосы, ни серые потухшие глаза не портили её милое личико. Складывалось ощущение, что она живёт только потому, что так надо. По крайней мере сейчас она была абсолютно безразлична ко всему происходящему. Никаких эмоций. Каменное лицо.

Вдруг рыжая девочка остановилась. Младшая, словно почувствовав это, обернулась.

— Вы очень похожи на Эллен Пейдж, — сказала старшая. Эмоции по-прежнему отсутствовали на её симпатичном лице.

— Мне многие так говорят, — улыбнулась я. Действительно, моё сходство с этой молодой актрисой замечают все, кто хоть раз её видел на экране.

— Лиза, — рявкнула Елена Васильевна, — Иди уже!

Девочка обернулась, бесстрастно посмотрела на мать и пошла с сестрой дальше. Какая, оказывается злая женщина эта Елена Васильевна. Или для неё переезд такая уж трагедия? Она, будто услышав мои мысли, адресовала мне злобный взгляд, но потом её лицо приняло самое дружелюбное выражение.

— Ну что, Александра, давайте я дам вам ключи, мы вынесем последние вещи и навсегда исчезнем из вашей жизни, ладно?

— Давайте. Я как раз уже продала старую квартиру, вещи мои в машине возле подъезда, а ночевать на лестничной клетке мне не очень хочется! — я старалась одарить эту женщиной самой милой улыбкой, но она не оценила моих стараний. Тем временем вернулись девочки. Они скрылись за дверью квартиры и тут же вышли обратно. Теперь малышка шла с огромным чемоданом, а Лиза еле ковыляла с маленькой сумочкой. И почему младшая всё таскает на себе, а мать даже и не думает помочь им? Странно.

— Ну, вроде всё. — сказала Елена Васильевна. — Пойдём посмотрим.

С этими словами женщина вошла в квартиру, обошла все комнаты, подняла с пола на кухне какую-то тряпку, выругалась, кинула мне ключи и ушла, хлопнув дверью. Даже не попрощалась, грубая какая. Я быстро выглянула в окно. Детишки сидели на заднем сидении какого-то старого «Москвича». На водительском кресле восседал немолодой усатый мужик. Через несколько секунд к ним из подъезда выбежала Елена Васильевна. Она села на сиденье рядом с водителем, судя по всему что-то крикнула, и они поехали в противоположную от центра города сторону.

Я ещё немного постояла возле окна, плюнула на дорогу и спустилась вниз. Вроде уже не маленькая девочка, а глупости творю постоянно. Крикнув грузчикам, мирно устроившимся в огромной машине с моей мебелью, я снова поднялась наверх и начала командовать процессией. Спустя пару часов ребята устроили мою «новую старую квартиру» достаточно хорошо для жизни. Новая мебель из старого жилища прикрывала плохой ремонт. Всё равно на новый денег пока не было, хоть так поживу.

В общем, новая жизнь меня не угнетала. Времени на личные проблемы не хватало, я полностью погрузилась в дела. С работой я разобралась, бизнес стал приносить постоянный доход. Теперь мне предстояло отложить достаточное количество денег на ремонт. И вот спустя полтора месяца экономии я накопила нормальную сумму.

Сказать, что ремонт был выдающимся событием — ничего не сказать! Я носилась по квартире, радостно орала на рабочих, таскала какие-то пустые корыта. И зачем все это делала? По лицам нанятых мною ребят можно было догадаться, что моё присутствие им мешает, да и подбешивает немного. В общем, через минут пятнадцать я успокоилась и дала себе присесть на шатающийся табурет, находившийся в единственной жилой комнате этой квартиры. Через пару минут здесь начали менять старый линолеум, поэтому мне пришлось встать и захватить с собой стул.

Я вышла в коридор и начала наблюдать за процессом снятия старых полов. Мне жутко не хотелось уходить из этой маленькой уютной квартирки, которая стала мне родной. А с новым ремонтом она будет просто замечательной! Только я начала расплываться в мечтательной улыбке, представляя свою будущую жизнь в своём прекрасном гнёздышке, меня отвлёк удивлённый голос рабочего: «Ого! Да тут книга какая-то». Пришлось идти в центр событий. Трое здоровенных мужиков столпились вокруг маленькой книжечки. Они с удивлёнными лицами разглядывали её. Но мне пришлось испортить эту милую картину.

— Что, книг никогда не видели? Будто с динозавром встретились, ну серьёзно! Вы ещё палкой в неё потыкайте, вдруг пошевельнётся! Работайте, давайте! За что я вам плачу?! — заорала я. Рабочие посмотрели на меня как на местную дурочку. Видимо, не с такими ещё приходилось дело иметь. Но всё-таки ребята продолжили работу, а я аккуратно взяла книжечку и отправилась на кухню.

Притащив за собой табурет, я села и взглянула в окно. Небо голубое, солнышко блестит. И тут мне почему-то захотелось засмеяться. Дико хохотать от души. Странное чувство, но я решила не пренебрегать потребностью. Вся квартира наполнилась моим диким истерическим смехом. Один рабочий даже с перепугу заглянул на кухню, но тут же исчез. Обычный приступ хохота, с кем не бывает? Ну да, конечно, ни с кем. И всё-таки, отсмеявшись, я взглянула на книгу, найденную под старым линолеумом. На обложке жёлтыми буквами было написано: «Обещая золотые горы, убедись, что у тебя они уже есть…». Надо же, как заумно. Никогда не любила умные мысли, цитаты поэтому, фыркнув, я открыла книгу.

На самом деле это была тетрадь. Ну точнее дневник. На первой странице было написано: «Дневник Темновой Елизаветы, родилась 21 мая 2002 года». Вот как, получается. Во-первых, эта тетрадь, судя по всему, принадлежит той рыженькой девочке, а во-вторых мы с ней родились в один день! Правда год её рождения, естественно не совпадает с моим, но не суть. Ведь я тоже родилась 21 мая. Говорят, что между людьми, которые родились в один день, существует некая связь. Хотя, я не могу судить о правдивости этого утверждения. Ну не приходилось мне сталкиваться с людьми, которые тоже родились 21 мая.

Итак, у меня в руках был дневник до жути загадочной девочки с невероятно привлекательным личиком. И мне было очень интересно узнать что же всё-таки она из себя представляет. Но ведь дневник — личная вещь его создателя и всё такое. На секунду я даже поверила, что не буду его читать. Внутри меня что-то ёкнуло, но совсем слегка, да и очень глубоко. Там, где-то на недосягаемом уровне моего организма, какая-то крохотная частичка моей совести пропищала: «Я не хочу вмешиваться, но может не стоит?». Но я только ухмыльнулась и сказала сама себе, точнее той самой крохе: «Стоит, стоит!». Разговаривать с собой было немного странно, учитывая то, что последнюю фразу я сказала вслух. Но на моё небольшое безумие уже никто не обращал внимания, так что, договорившись с собой, можно было смело распахнуть дневник девочки по имени Лиза.

В правом верхнем углу стояла дата. 19 ноября 2013 года. Если сейчас конец июля, сколько там месяцев прошло? Впрочем, какая разница? Далее шла заурядная информация о школьной жизни, о новостях, о подругах и тому подобное. Делать мне не чего! Пропустим эту скучную информацию. Я перелистнула страницу, пробежалась глазами. Опять та же история. Мне же экшн подавай! В самом лучшем виде! И плевала я на то, что держу в руках обычный дневничок заурядной школьницы! Требую хлеба и зрелищ!

С этими странными, но весёлыми мыслями я начала листать дальше. Тут уже некоторые даты пропускались, видимо, Лизе надоело отчитываться перед дневником каждый день. Ага! По-моему, я нашла что-то интересное! По крайней мере, на этой странице нет ни слова о школе и подругах. Будем читать.

15 декабря 2013 года

«Это самый ужасный день в моей жизни. Мой мир рухнул. И не только мой. Ритка весь день места себе не находит. Мама вообще чуть ли не с балкона кидается. Наверное, это конец. Конец не только моей жизни. Моей самой счастливой на свете жизни. Я мечтаю вернуться во вчерашний день. Мне было бы очень хорошо. Всем нам было бы очень хорошо. Умерла часть моей души. Умер мой Ангел. Часть этого мира рухнула, камни посыпались мне на сердце, а пыль полетела в глаза. Никогда всё не будет как прежде. Никогда. Не будет. Как прежде…»

Далее текст размывался и пропадал. Да и вся страница была заляпана кляксами, будто Лиза плакала над дневником. А быть может так и было? Ну, в любом случае, писала она красиво. Экая я циничная! У человека горе случилось, правда так и не понятно какое, а я тут о её писательских навыках рассуждаю! Может ещё найду и отправлю в издательство какое-нибудь? А что, часть гонорара мне пойдёт! Впрочем, в те времена я и не такое могла учудить. Везде ведь выгоду искала! И не думала, что у счастливых людишек могут быть какие-то проблемы. Вполне в моём прежнем стиле.

И всё-таки как бы я тогда в своих мыслях не иронизировала, эта история явно меня задела. Совсем чуть-чуть. Капельку. Но тогда это было просто ого-го! Хоть немного задеть «Ледяную Сашу»? Да это постараться надо было! Поэтому я продолжила читать.

Дата была размыта. Как и первые две строчки. Потом кляксы попадались реже, будто Лиза взяла себя в руки и решила до конца поведать грустную историю своему дневничку.

«… и мне больно, очень больно! Когда гроб опускали в землю, Рита разрыдалась и убежала. Она испугалась. Испугалась жизни. Да и я не представляю как теперь мы будем жить. Мама сидела на земле и орала. Даже я не в силах ей помочь. Я видела ту сволочь, виноватую в аварии. Этому гадкому человеку хватило наглости прийти, сделать скучающее лицо и высокомерно уйти! Я не стала говорить маме, она и так паршиво себя чувствует. Рита заперлась в своей комнате и не отвечает. Пусть посидит, может ей полегчает. Или нет. Да какое тут!»

И опять во мне заиграл мастер иронии. В какой это, интересно, своей комнате заперлась некая Ритка? На кухне? Или, извините, в туалете? А может она коридор считает своей берлогой? Разве что ей доверили единственную жилую комнату этой квартиры, в чём я глубоко сомневаюсь. На самом деле этой глупой иронией мне было легче прикрывать сопереживание. Только сейчас я могу в этом признаться, так как теперь я этим даже в мыслях не занимаюсь. Но тогда я могла облить грязью кого угодно, лишь бы не показывать свою сентиментальность. Такой вот способ её подавить.

Итак, похоже в этой семье кто-то умер. И этот кто-то им очень дорог. Рита, как я поняла, является маленькой девочкой с длинными косичками. В общем, все переживают, море слёз, башкой об стену, попытки прыгнуть с балкона… А толку-то? Виновник, похоже, ходит себе на свободе с высокомерной рожей! Осталось выяснить кто же всё-таки умер и как, вот что по-настоящему интересно!

Я перелистнула страницу и удивилась. Лиза очень долго не обновляла записи в дневнике. То ли всё было так плохо, то ли просто писать не о чем было.

16 января 2014 года

«Сегодня у Риточки день рождения. Ей исполняется восемь лет. День рождения — грустный праздник. Особенно сегодня. Ведь мы переезжаем. Это как подарок для Ритки? Не думаю. Это, скорее, похоже на наказание. Из нашей прежней просторной квартиры мы переехали в тесную неуютную однушку. Вот и конец настал. Где та жизнь? Где отец? Его уже не вернёшь! Из-за этой дурацкой аварии, из-за того гадкого типа мы лишились всего! Спокойствия в первую очередь! Мама теперь работает официанткой в какой-то дурацкой кафешке, едим мы плохо, я уже молчу о моей старой куртке! В общем, не жизнь, а… Может, мне повеситься?»

Не знаю почему, но последняя фраза мне доставила какое-то странное веселье. Будто Лиза тоже хотела немного прикрыться за счёт сарказма. И всё-таки дела у них плохи. Что-то мне подсказывает, что из этой однушки они переехали далеко не в лучшее место.

От размышлений меня отвлёк голос рабочего. Похоже, они всё сделали. Да ладно? И сколько же, спрашивается, я просидела на кухне? Да ладно, осталось занести мебель и… Живём!

И вот я стою посередине комнаты. Стою и вдыхаю этот воздух. Я уже успела здесь убраться, поэтому пахнет средством для мытья пола с яблочным ароматом. Ах, этот ни с чем не сравнимый вкус свободы, вкус победы, вкус всего самого лучшего в моей жизни! Я так и упала от счастья на мягкий ковёр и валялась, радуясь как дурочка, целый час, не думая ни о чём.

Но от радостного валяния на полу меня отвлёк камешек. Небольшой такой камешек. На моём сердце. И мне, бывшему беззаботному существу, пришлось вставать и топать на кухню, чтобы дочитать этот грешный дневник. Но там я его не нашла, как, впрочем, и в коридоре. Тогда я обыскала всю комнату, даже в ванной порылась, ещё раз прочесала все шкафы и в итоге вернулась на кухню. От отчаяния открыв первый ящик я обнаружила дневник, спокойно лежащий на верхней полке. Я даже не злилась на себя. Мне даже не было обидно. Меня охватила какая-то неописуемая буря, вроде истерики. Впрочем, это она и была. Я просто схватила дневник, уселась на пол и истерично захихикала. Ужасное чувство, скажу вам!

Как он вообще оказался на этой полке? Закинула же я его туда! Спешила, видимо. Тогда мне пришлось приложить немного усилий, чтобы встать, отправиться в комнату, расположиться поудобнее на диване и открыть дневник. Но меня отвлекли. Впрочем, как всегда. Телефонный звонок заставил меня отвлечься от посиделок. Звонили с работы. Требовалась помощь. Поэтому, я галопом побежала одеваться.

Уже вечером я отправлялась домой с чувством выполненного долга. Мне было не трудно идти пешком, так как моя скромная контора находилась в двух остановках от уже родной квартирки.

Вдруг мне захотелось зайти в одну кафешку. Серьёзно, ни с того ни с сего перекусить в забегаловке, которая раньше меня особо не привлекала. Да и есть не особо хотелось, но ведь бывает же так! Будто какие-то неведомые силы мне хором твердили: «Эй, неужели ты никогда там не была? Да ладно? Зайди! Зайди, не пожалеешь!». Складывалось ощущение, что даже сердце начало постукивать в сторону этого непримечательного места. И я зашла. И не пожалела.

За тяжёлой деревянной дверью располагался немаленький зал. Деревянные столики, деревянные стулья, деревянная барная стойка. Да это какая-то деревянная кафешка! Посетителей было достаточно, половина столиков была занята. В основном, постоянными клиентами этого заведения являлись средних лет мужики с пивными животами. И, разумеется, пили они соответствующие напитки. Так что в этой кафешке пахло не то пивом, не то чем-то покрепче. За некоторыми столиками сидели целые шумные компании выпивох. В углу я даже обнаружила милую парочку. Очень странно, это место совсем не клеилось с романтикой. Молодая красивая девушка попивала коктейль и беседовала с симпатичным парнем не обращая внимания на громкие возгласы постоянных клиентов этого места. Я заметила здесь ещё пару-тройку милых дам и четырёх бойких женщин, смахивавших на жён любителей пива. Больше особ слабого пола тут не наблюдалось.

И вдруг моё внимание привлёк один молодой человек. Он сидел за столиком возле окна и пил кофе. Ну уж очень он был похож на одного моего старого знакомого! Хотя, если это и был он, то его присутствие в такого рода заведении кажется даже немного страннее, чем моё. Уж я-то, «Каменная леди», могу позволить себе ошиваться где угодно. А этот красавчик любил места гламурные и пафосные. Может быть поэтому он меня раздражал? Впрочем, сейчас проверим.

Я решила сесть за соседний столик. На пороге стоять, знаете ли, не очень приятно! Мне принесли меню. Да-да, представьте себе, в этом месте было меню, и его даже приносили! Не успела я оценить ассортимент, как за моей спиной прозвучал знакомый голос.

— Смотрите! Да это же «Холодная Саша»! Собственной персоной! Что, пришла разбить пару-тройку сердец, «Каменная леди»?

— Марк, это ты? Странно тебя здесь увидеть. Ну, привет, пафоса кусок! — засмеялась я. Действительно, эти не очень обидные прозвища дал мне Марк. После двух неудачных попыток подарить мне цветы и пригласить погулять этот остроумный паренёк не поленился придумать что-нибудь в этом роде. Но дело закончилось двумя кличками, которые меня ничуть не задели, скорее наоборот.

— Опять шутишь? — улыбнулся он. — Ну шути, шути, я-то для тебя всегда слово в ответ подберу, знаешь же, с моей фантазией шутки плохи!

— Конечно плохи! С несуществующими вещами, вроде твоей фантазии, шутки всегда некстати! — засмеялась я. Каждый раз последнее слово остаётся за мной.

— Ну ладно, «Кривое зеркало» ходячее, расскажи лучше как у тебя дела, что нового? — Марк взял свою чашку и пересел за мой столик.

— Да что нового? Ну переехала я давно, ремонт сделала на днях, с работой всё в порядке. Вот, отдыхаю, как видишь. — я демонстративно подняла стакан с коктейлем, который мне только что принесли.

— Ты переехала? А я и не знал. Покажешь свои новые апартаменты? — улыбнулся Марк. Мне стало неловко. Не то что бы я стеснялась признаться, что переехала из трёшки в центре города в однушку в спальном районе, просто…

— Я бы с удовольствием, но времени не хватает. Катастрофически.

— Ты же вроде отдыхаешь? — удивлённо спросил Марк.

— Ну да, просто, — замялась я, — Там ремонт продолжается и…

— Да ладно, можешь не объяснять. Ремонт дело такое… Тем более я сам вспомнил, что у меня небольшие планы, — загадочно сказал в потолок этот странный человек.

— Какие? — ни с того ни с сего выпалила я, но потом мысленно начала ругать себя. Что мне до его планов?

— Навещаю одну больную девочку. — грустно прошептал Марк, которого я, кажется, впервые вижу таким тихим и невесёлым.

— Больную девочку? — почему-то тоже прошептала я. — А что с ней? Она твоя родственница?

— Нет, просто так получилось… В общем, должен сказать тебе правду. Ты же всё-таки близкий для меня человек. Я на нуле. Абсолютно. Отец лишил меня денег, а я сам — негодный ни для чего придурок. Вот так жизнь меня проучила. А всё из-за чего?

— Из-за чего? — эхом повторила я.

— Из-за одной глупости! Я подрался с одним подвыпившим дураком. Он меня взбесил, понимаешь, Саш, ну совсем взбесил! — Марк говорил с такой искренностью.

— Понимаю. — вздохнула я. — А почему ты не пробовал зарабатывать самостоятельно?

— Каким образом? — рассмеялся Марк. — Шутки шутить в переходах? Или официантом пойти? А что, вполне уйду в минус, буду тарелки бить! Ну нет такой работы, которая мне подходит, Сашка, ну нет!

— Ты, кстати, что-то говорил про больную девочку. — напомнила я.

— Ах, да, Лизочка. — снова сделался грустным этот непонятный мне парень. Когда он произнёс это имя я даже вздрогнула.

— Лиза? — напряжённо переспросила я.

— Ну да, Лиза. Ты её знаешь? Хотя я даже толком ничего и не сказал, с чего бы. В общем, Лиза, она больна. У неё порок сердца. Я, честно, не знаю что там к чему. Мои познания в медицине ограничиваются тем, что я различаю части тела, да и то не всегда. Ну так вот, у неё порок сердца. Нужна операция. А это дорого. Вот, собственно, так обстоят дела.

— А как ты вообще узнал о ней?

— Ты удивишься. Я сидел вот здесь, — Марк похлопал ладонью по столу, — И ко мне подошла хмурая официантка. Мы разговорились с этой немолодой женщиной, и я спросил почему она такая грустная. Ну, а она говорит, типа вот, проблемы, переехали из однушки в комнату в общежитии, да и дочери так плохо стало. Я спросил могу ли помочь чем-нибудь, ну она и сказала, что Лизе сейчас нужно внимание. Мне-то всё равно делать нечего. Не работаю, так хоть кому-то помогу. Знаешь, Саш, она такая обаятельная, эта Лиза, ей двенадцать, кстати. Рыженькая, в веснушках вся, но глаза такие потухшие. И вообще, не эмоциональная она.

Я задержала дыхание. Бывают же такие совпадения в жизни! Если судьба меня сводит вновь и вновь с этой семьёй, то я обязана помочь! Но, напомню, тогда моё ледяное сердце наполнялось только чем-то слизким, поэтому я почувствовала лишь интерес и любопытство.

— А эту официантку не Елена звали? — с надеждой спросила я.

— Да, Елена Васильевна, а что? Ты её знаешь? — удивился Марк.

— Можно сказать, что да. Злая такая женщина, верно?

— Поначалу мне казалось, что она грубая и агрессивная, но потом я понял. Она просто слишком переживает. Её эмоции просто хлыщут через край. Иногда она дерзит, иногда кидается плакать. Но у неё тяжёлая судьба, по крайней мере вот уже почти год её преследуют неприятности. В декабре умер её муж. Он хорошо зарабатывал, но тут семья осталась без кормильца. Потом они переехали в квартиру похуже, недавно снова сменили место жительства. Вот ещё и дочь больна. Хорошо, что с младшей всё в порядке, не считая её переживаний. Я пытался её успокоить, вроде, малышка действительно нуждается в поддержке. Эх, были бы у меня сейчас деньги…

— Так попроси у отца! Скажи, что на благие намерения!

— А ты думаешь я не пытался? Да я ему все уши прожужжал об этой несчастной семье! Он думает, что я вру! Я его пытался в палату к Лизе затащить. Даже слушать не хочет! Потом он придумал новую версию, якобы эти люди пытаются меня обмануть и развести на деньги, но я-то уверен, что это правда!

— Я тоже уверенна, что это правда! — вздохнула я. Если судьба тычет тебе этими проклятыми нитками прямо в нос, она не успокоится, пока ты не ухватишься хоть за одну. — Знаешь что? Я тоже хочу навестить Лизу. Только не в качестве её знакомой, а как твоя подруга, идёт?

— Ладно, — пожал плечами Марк, — Я как раз сейчас собирался к ней идти. Ты со мной?

— Да, с тобой. Может ей надо купить чего? У меня есть деньги, можешь себе представить? — улыбнулась я.

— Ты богаче меня стала! — схватился за голову Марк и рассмеялся.

Спустя час мы выходили из супермаркета с полными пакетами всякой еды. Марку стало немного неловко из-за того, что я оплачивала все покупки на кассе, поэтому он упорно пытался сунуть мне пятьсот рублей. Пришлось отказываться от денег. Всё-таки я знаю в какой ситуации находится этот потрясающий человек.

— Да ну, я же мог заплатить! — не унимался Марк. — Ты не думай! Деньги у меня ещё есть, не совсем же я бомж. Между прочим, мне пришлось квартиру поменять!

— Ты обменял свои четырёхкомнатные хоромы?! — ошалело переспросила я.

— Да, — вздохнул тот, — Мне пришлось. Не хочешь работать — живи в конуре! Теперь я однушке, представляешь, Саш, в однушке! Нет, ну ты могла бы когда-нибудь представить меня в однушке?!

— Да, вот как бывает. — вздохнула я. — Та же ситуация!

Марк с удивлением посмотрел на меня, потом поперхнулся, но решился спросить:

— Ты тоже бедствуешь?!

— Нет, что ты, — развела руками я, — Просто… Ну, мне тоже пришлось сменить место жительство. В общем, я теперь тоже живу в однушке. Но это не такая катастрофа для меня. Насколько я помню, ты был очень избалован, чадо. — я засмеялась. Марк лишь обиженно взглянул на меня, но тоже не удержался и улыбнулся.

— Да, ты права. Такая жизнь, ну как тебе объяснить… Ну не то что я не привык, нет. Я, по-моему, даже не создан для таких условий. Такова уж моя участь. Ждать. Ждать, пока всё придёт само.

— Нет ни у кого никакой участи! — возразила я. — Нужно действовать самому. Посмотри сюда: меня лишили денег три месяца назад. Три месяца, представь себе, срок небольшой. Однако, я выкрутилась. Потому что я знала, что так надо. Надо уметь выжить самостоятельно. А я ведь не ожидала, что моя контора так быстро начнёт приносить доход, и всё же…

Марк внимательно посмотрел мне в глаза. Кажется, у меня получилось до него достучаться. Или… И всё же он на минуту задумался. Мы уже приближались к больнице, поэтому я решила прервать тишину.

— Итак, мы сейчас идём к Лизе. Учти, что она может даже меня и не помнит, так что… Короче, я просто пришла с тобой, ладно?

— Хорошо. И всё же, откуда ты её знаешь?

— Её мать продала мне квартиру. — вздохнула я. Марк кивнул.

Мы зашли в огромное здание больницы. Тут пахло лекарствами, страданием и болью. Но какое было дело «Холодной Саше» до чужих переживаний? Хотя, может уже на том моменте лёд начал таять?

Поднявшись на второй этаж, мы прошли по длинному коридору, свернули в маленький закуток и остановились. Марк немного потоптался у входа в палату, потом решился и постучал. Тишина. Он приоткрыл дверь. Послышался тихий голос:

— А, Марк, это ты? Заходи. Ты стучался? Я просто не слышала.

— Привет, Лиза! — радостно улыбнулся Марк. — Смотри, кого я привёл. Саша, заходи. Познакомься, Елизавета. Это — Александра. Александра, это — Елизавета.

— Очень приятно с тобой познакомиться. — приветливо улыбнулась я. На лице моей собеседницы по-прежнему нельзя было увидеть ни грусти, ни радости, ни злости. Ничего. Это было даже не безразличие. Это была пустота.

— И всё-таки ты очень похожа на Эллен Пейдж. — бесстрастно сообщила мне Лиза. — Марк, мы уже знакомы. Ну, точнее мы виделись.

— Да, было дело. — замялась я. — А что с тобой случилось?

— Порок сердца. Нужна дорогостоящая операция. Но мне она не светит, поэтому я готова умереть. В любое время. — она говорила абсолютно спокойно о смерти. Вот это да!

— Да ты что! Мы тебе поможем! — вмешался Марк. — К смерти она, видите ли, готова! Для чего я к тебе Сашку привёл? Она тоже готова помочь! Правда, Саша? — он с надеждой посмотрел на меня. Я кивнула.

— Готова помочь. Мы соберём деньги. Сколько надо?

— Не нужны деньги. Живите своей жизнью. Поверьте, умереть мне легче, чем жить с такой ношей. — невозмутимо отрезала Лиза.

— Просто скажи сколько. — настаивала я.

— Это тебе что-то даст? — упрямилась девочка.

— Да, даст. Многое. Говори, не тяни.

— Двести двадцать тысяч рублей. — сдалась Лиза.

— Хорошо. Мы найдём деньги, правда Марк? — я повернулась к нему. — Сколько у нас есть времени?

— У нас есть две недели. — сказал Марк. — За это время вроде ситуация не должна усугубиться.

— Я же сказала, не надо. Зачем мне эта жизнь? — по-прежнему невозмутимо продолжала Лиза. — Я хочу туда. — она подняла палец вверх. Почему-то у меня мурашки по телу от этой девчонки. Если бы я столкнулась с таким случаем месяца три назад, я бы плюнула и сказала: «Хочет умереть — пусть умирает. Мне какое дело?». Но сейчас я упорно хотела бороться за её жизнь, будто она была моей дочерью. Уж почему не знаю.

— Мы принесли тебе еду. — ласково сказала я. — Поешь, расслабься. Там, — я подняла вверх указательный палец, — Тебе делать нечего. Скучно. Здесь лучше. Наслаждайся.

Лиза посмотрела на меня своими серыми потухшими глазами очень внимательно, но, как мне показалось, с некой осторожностью. Марк завёл с ней милую беседу ни о чём, а потом мы ушли. Он проводил меня до дома, но войти так и не решился. Видимо, своей квартиры ему хватало по горло. Как, всё-таки, трепетно этот удивительный человек относится к богатству! Аж противно становится!

Вот тут моя жизнь и начала меняться. И все люди, окружавшие меня, менялись вместе с ней. Я каждый день навещала Лизу, мы с ней успели подружиться, насколько это возможно в такой ситуации. Иногда сталкивалась с Ритой и Еленой Васильевной. Оказывается, эта женщина действительно очень впечатлительная. Она рассказала мне, что с первого взгляда я ей понравилась, уж не знаю, подлизывалась или нет, но звучало это довольно искренне. Риточка оказалась тихоней. Эта девчушка покорила моё растаявшее сердце своим ласковым нерешительным взглядом. Все эти люди стали для меня родными. Впрочем, как и Марк. Он заметно изменился. Избалованный парень стал вполне самостоятельным, последовал моему примеру и открыл небольшую турфирму. Не без помощи отца, конечно, но, кажется, родитель этого и добивался, поэтому и охотно помог своему чаду.

Эти две недели тянулись, словно год. Но это было довольно счастливое время. Я видела Лизу живой, и это меня радовало. Мне уже нетерпелось собрать деньги и покончить с её недугом раз и навсегда. Елена Васильевна видела это и помогала как могла. Все старались собрать хоть какую-то сумму денег.

Турфирма Марка ещё не приносила доход, поэтому он занимал у всех друзей понемногу. Я старалась получить как можно больше прибыли из своего дела, тоже брала в долг у знакомых, но родителям звонить не решалась, как, впрочем, и мой друг. Мы оба понимали, что этот вариант надо оставить на крайний случай. Елена Васильевна подрабатывала в двух местах, Риточка старалась чаще навещать сестру, пока все заняты. Это было сложное время, но оно приносило мне удовольствие, так как я была в окружении близких людей. И хотя знала я их недолго (Марк не в счёт), всё равно. Горе объединяет. И пусть это горе стало моим недавно.

Прошло почти две недели. Пора было подводить итог нашим стараниям. Я, Елена Васильевна и Марк собрались возле палаты Лизочки. Рита была у неё. Мы пересчитали деньги. Я до сих пор удивлялась темпу нашего сближения с этими людьми. Никогда я так не стремилась кому-то помочь, с кем-то повидаться. Похоже, я к тому времени действительно изменилась. «Холодная Саша» растаяла. «Каменная леди» разбита. Пора бы обратиться к Марку за новым прозвищем!

Итак, мы пересчитали деньги. Двести девятнадцать тысяч рублей чуть меньше чем за две недели! Потрясающе! Конечно, мы взяли часть денег из накоплений на чёрный день, но не суть! А тысячу рублей уж мы найдём, я уверенна!

— Мне пойти обрадовать Лизу? — радостно воскликнула я.

— Да, пожалуй иди ты одна. — улыбнулась Елена Васильевна. — А мы с Марком раздобудем эту грешную тысячу! Всё-таки без неё мы пока ещё ничего не добились.

Я улыбнулась Марку и зашла в палату. Лиза всё с тем же бесстрастным лицом смотрела на сестру. Рита что-то рассказывала, но, услышав мои шаги, обернулась.

— А, Саша, это ты! — улыбнулась мне Риточка. — А я тут Лизке одну историю рассказывала, но уже не важно! Что там с деньгами?

— Двести девятнадцать тысяч рублей. — спокойным голосом сказала я, но не выдержала и заулыбалась до ушей. Лиза оставалась невозмутима, удивительно!

— И всё же тысячи не хватает. — отметила больная.

— Да как ты не понимаешь, Лизка! — я, всё ещё улыбаясь, плюхнулась на стул. — Ты уже почти здорова! Не сложно эту мелочь найти, ты здорова! Ну, скоро будешь!

— «Почти» не считается. Тем более я до сих пор этого не хочу. — невозмутимо продолжала она.

— Ну и дурочка, — добродушно ответила я, — Вырастешь, ещё спасибо нам скажешь.

Рита радостно засмеялась. Уж не знаю, какие там прекрасные картины будущего нарисовало её детское воображение, а счастливой она выглядела, это да! Я сладко потянулась и сказала:

— Ладно, Лизка, отдыхай. Об операции договорится твоя мама. Я что-то совсем вымоталась, пойду-ка. А ты, Ритуль, рассказывай ей свою историю, мне же пришлось прервать тебя! Удачи! — я помахала им рукой

— Пока, Саша! — проговорила лучезарная Рита.

— Удачи. — сухо сказала Лиза. По-моему, она иначе и не могла.

Я уже и не помню утро, которое мне могло бы показаться лучше этого. Никогда себя не чувствовала так прекрасно! Готова была взлететь, ну серьёзно! Наспех позавтракав, я кинулась в больницу. Мне почему-то казалось, что в такое время все уже должны быть там. В пути я кинула взгляд на часы и удивилась. Никогда у меня не получалось вставать так рано самостоятельно! Половина восьмого утра, а я уже несусь куда-то сломя голову! Будем надеяться, что Лиза не спит, а её уже кто-нибудь караулит. Однако, совершив давно знакомый путь через коридор, я поняла, что ещё никто не пришёл. И девочка, похоже спала. Я увидела её через щёлку. Она показалась мне бледнее обычного. Да, выглядела Лиза неважно. Но это поправимо, скоро она станет как огурчик! И какой чёрт дёрнул меня зайти в её палату и взять за руку? Не знаю. Получилось это всё словно автоматически.

Я зашла, взяла Лизу за руку и обомлела. Меня пробрала дрожь, я готова была закричать! Её рука была холодна. Может, в палате холодно, девочка замёрзла? Да нет, вроде жарко. Что делать, что делать? Я начала её будить. Вдруг она просто крепко спит?

— Давай, милая, вставай! — заорала я. — Лизочка, просыпайся, дорогая, уже утро!

Но она не реагировала. Дальше мои воспоминания выглядели словно обрывки фильма. Вот я бегу по коридору, вижу врачей, что-то громко ору, они бегут в сторону палаты Лизоньки, сажусь на пол, реву…

Потом я будто потеряла сознание. Или память. Или рассудок. Меня растолкал Марк. Он пришёл навестить Лизу и застал меня сидящей на полу и ревущей. У меня не получилось ему что-либо объяснить. Ему пришлось поднимать меня и тащить до лавки. Марк понял, что случилось, сел и закрыл лицо руками. Лизы больше не было.

Больше я ничего не помню. Ни то как об этом узнали Елена Васильевна и Риточка, ни то как прошли похороны, ни то как я жила после этого почти месяц. Но потом я всё-таки опомнилась. Опомнилась и поняла, что былого не вернёшь. И то что я не стану такой как прежде. Никогда. И Марк, и Елена Васильевна, и Рита. Они не станут прежними. Откуда я это знала? Чувствовала. Всем своим существом чувствовала изменившийся воздух вокруг меня, новый взгляд на жизнь. Теперь я жила не только ради себя. Я жила для всех. И пусть кто-то скажет, что это всё бред, но это моя позиция. Моя новая позиция. Возможно, когда-нибудь она изменится, но не в ближайшее время. Я уверенна.

На этом, пожалуй, можно закончить, но есть некоторые моменты в этой истории, а точнее в её продолжении, которые нужно подчеркнуть. Мы с Еленой Васильевной стали часто встречаться в той самой кафешке. Иногда она приводила с собой Риточку. Эта маленькая семья перебралась в неплохую однокомнатную квартирку из комнаты в общежитии не без нашей с Марком помощи. Кстати, его турфирма начала приносить деньги, даже очень неплохие.

 

Кажется, спустя полгода всё стало налаживаться. Конечно, смерть Лизочки оставила у каждого из нас на сердце рану, которая до сих пор иногда даёт о себе знать, но мы не жалуемся. Из этой истории я поняла очень многое. Не буду говорить, что именно для меня важно. Думаю, читатель должен сделать выводы сам.

Кстати, от Елены Васильевны я узнала, что Лиза была её приёмной дочерью. Девочка обо всём знала, возможно, это объясняет её безразличие ко всему. А может, на то были другие причины, о которых подробно рассказано в её дневнике, который я так и не дочитала.

Вот как бывает. Она считалась чужой. Но мы знали, что она для нас родная.

***

Это была Сабина Идрисова с рассказом «Чужая». Затронуло ли вас прочитанное? Предлагаю обсудить в комментариях ниже. Ваше мнение важно, дорогие читатели!

Здесь можно ознакомиться с другими работами наших авторов.

А сюда нужно заглянуть тем, кто желает принять участие в литературном конкурсе «Твоя первая книга-2».

До скорых встреч с новыми авторами!

С уважением,

Артем Васюкович

Поделиться в соцсетях

Опубликовать в Google Plus
Комментарии
  • Анастасия:

    Написано хорошо)Рассказ, конечно, грустный, но читать можно =)

    Ответить
  • Мне кажется, главный недостаток рассказа в том, что автор чувствует себя корреспондентом, а не писателем. «Я пошла туда, я вышла оттуда»… очень подробное описание передвижений, которые, в общем, мало динамичны и мало интересны, но очень мало психологически убедительных внутренних переживаний. Ну, кроме того, что она упала в обморок.
    НЕт интриги. Совершенно непонятно, какие выводы сделала автор из смерти ЛИзочки, потому что, повторюсь, никаких внутренних переживаний она описать не смогла. И наконец, совершенно непонятен жанр. Что это? Бытовая подробность? Дневниковая страничка? Мне кажется, было бы интереснее поварьировать эту историю в каком-нибудь экшене. НАпример, в жанре фантастики или фэнтази. Если две девушки родились в один день, к тому же, обе переехали из хором в однушку, можно сделать их «зеркальным отражением» друг друга. Предположим, Александра — раинкарнация Лизы, или немного поиграть с разными измерениями, тогда и дневник пригодился бы, и даты размытые… В общем, не могу сказать, что меня сильно впечатлило. Три из пяти.

    Ответить
  • Я вообще не фанат читать произведения с экрана, но этот небольшой рассказ зацепил меня уже в начале и держал до последней строчки. Да, возможно, слегка сыровато, но завладеть вниманием вам удалось. Плюсом является еще легкий и приятный стиль написания. Мне очень понравилось. Молодец

    Ответить
  • Не хотелось загромождать рассказ кучей эмоций. Может, их действительно получилось маловато. А в конце читатель должен сделать свои выводы. По сути, это рассказ о событиях вполне реальных. По мне, так ни экшн, ни фэнтэзи здесь не нужны. Ну тут уж на вкус и цвет:)

    Ответить
  • Саша, сыроват, возможно, есть такое. Спасибо))

    Ответить
  • Элиза:

    Интересно то, что в ходе сюжета изменилось сразу два персонажа — главный и второстепенный. Пошагово, оправдано. Хвалю)) мне понравилось, а прочие недостатки сгладятся с опытом. Главное, не переставай писать:)

    Ответить
  • Очень хорошо написано! Браво! У меня просто мурашки по коже. Мою дочь тоже зовут Лиза, она тоже родилась 21 мая, только годом раньше, чем героиня рассказа. Трижды я сама побывала в ДТП, едва не погибнув. Короче, мистика. Пишите, у Вас прекрасный слог!

    Ответить

*

*

Твоя первая книга - Клуб книжных дебютов. Copyright © 2013-2018. По всем вопросам: yurykzn@yandex.ru